Институт России  Портал россиеведения 

 http://rospil.ru/

Каталоги  Библиотеки  Галереи  Аудио  Видео

Всё о России  Вся Россия  Только Россия  

Русология   Русословие   Русославие

Главная   Библиотека "Россия"   Новости портала   О портале   Гостевая

Блог-Каталог "Россия в зеркале www"   Блог-Пост   Блог-Факт

 

Чья ты, Россия?

 

Кризис России   Русский Путь  Уроки для России  Русское Сопротивление 

 

Летопись Всемирного Кризиса

 

Лента лучших публикаций

 

Главные темы:

Откачка денег из мировой экономики на фантастическое обогащение всемирной финансовой олигархии
Центробанки всего мира вынуждены покрывать бюджетный дефицит США 

Крах мировой финансовой системы - это жульничество всемирной финансовой олигархии

Главный итог всемирного кризиса - концентрация капитала и власти

Корпорации правят миром
Мир катится в величайшую долгосрочную депрессию

Человечество ждёт грандиознейший геноцид

Главная цель всемирного кризиса - сокращение численности населения Планеты до 2 млрд.

На Западный мир надвигается ЭПОХА "НЕОВАРВАРСТВА"

Мировая олигархия готовит Россию под свой новый плацдарм

Россия очень нужна Западу, но для этого её необходимо заново "отформатировать"

Россию ждут грандиозные преобразования! И для начала её придётся очистить от населения ...

 

 

См. также:  Русский Мир * Россия в мире * Россия в мире - только факты * Россия и Европа * Россия и Азия * Россия и Америка * Россия и Германия * Россия и Латинская Америка * Россия и Славяне * Россия-Украина-Беларусь * Образ России * Угрозы для России * Уроки для России * Мифы мировой экономики * Россия и крах мировой финансовой системы * Перманентная шизофрения * Глобальный апартеид * Создание Новой Бреттонвудской системы * Новый справедливый экономический порядок  * Статьи Линдона Ларуша

 

 

Начало  Назад  Вперёд

 

Великий американский мыслитель, экономист, политик Линдон Ларуш анализирует глубочайшие, фундаментальные причины всемирного кризиса.

Никто кроме него не давал такого феноменального видения исторических процессов, приводящих к глобальным катастрофам и их  далеко идущим последствиям

 

 

 

 

Линдон Ларуш

 

18 октября 2008 г.

 

См. также большую подборку Статей Линдона Ларуша на его Персональном сайте в Портале "Россия"

 

Статьи о Линдоне Ларуше

 

Линдон Ларуш — кто он такой? Американский экономист, политолог, миллионер, профессор, “крестный отец” СОИ, неоднократный кандидат в президенты США, которого всякий раз "зарубали" в предвыборной гонке из-за его кардинальных мировоззренческих отличий от всех прочих кандидатов. А если поглубже? Непримиримый борец с господствующей сегодня монетаристской, либеральной иерархией ценностей в политике и экономике трех четвертей планеты и связанной с ней системой "промывания мозгов" в западной системе образования. Специалист по философии и истории науки, знаток Платона, Лейбница, Римана, Вернадского, создатель оригинальных концепций развития математики, термодинамики, музыки.


Линдон Ларуш — не только известный экономист и политик США, но, прежде всего, выдающийся ученый и оригинальный мыслитель мирового масштаба. Его умение исключительно точно оценивать мировые события и процессы позволяет ему с большой степенью достоверности предсказывать их последствия и предвидеть грядущие изменения. Эти прогнозы уже неоднократно сбывались. За несколько лет вперед Ларуш предсказал восстановление Германии, распад СССР, пагубные последствия вмешательства Международного валютного фонда в экономику других стран и др.

 

Ларуш является основателем нового направления в экономической науке, которое он назвал «физическая экономика». В ее основе — рост производства, базовой инфраструктуры, научно-технологического прогресса, производительности труда, повышение плотности растущей численности населения при гарантированном его материальном, социальном обеспечении, интеллектуальном и духовном развитии.


Физическая экономика направлена против монетаристских теорий, для которых экономика является наукой о том, как стать богатым или как добывать деньги. Как и С.Ю.Витте 100 лет назад, Ларуш усматривает в свободнорыночной идеологии лишь колониальную политику, несовместимую с экономическим ростом.


Разоблачение Л.Ларушем имперских замыслов олигархических кругов Запада не осталось безнаказанным. В 1988 г. над Ларушем — кандидатом на пост президента США удалось учинить два судебных процесса. Один провалился, а другой — «удался»: его осудили на 15 лет тюремного заключения.
Только после 5-ти лет несправедливого заточения под давлением мирового общественного мнения он был, наконец, освобожден, хотя до сих пор еще полностью не реабилитирован.


 

ГЛАВНАЯ РУССКАЯ СТРАНИЦА

 

 

Новое средневековье уже рядом:
Брутальный «британский» империализм в наши дни


A NEW DARK AGE IS NOW NEAR:
Today's Brutish Imperialism


Содержание

Предисловие

О Розе Люксембург
Британский империализм сегодня

Введение

США и Россия

Война Британии против нас с 1890 г.
Закон: империя против нации
Неофеодальный путь к умирающей Европе

1. Англия и Карл Маркс

Что не так с Марксом?
США, Россия и Маркс
Проблемы марксизма сегодня
Существенные препятствия
Влияние эмпиризма

2. Наука и человеческая экология

Принцип империи
Что такое «человеческая экология»?
Почему нужно возвращаться к Кеплеру
Решающий принцип
Например, музыка
Искусство и наука
Капитализм: важное попутное замечание
Экология как экономика: эмпиризм
В результате…

3. Откройте новый мир

А. Новая глобальная Бреттонвудская система

В условиях новых кредитных систем
Миссия реформы
Покончить со злом либерализма
Дух самой реформы
Ориентация на миссию

Б. Динамичная роль инфраструктуры
В. Создание международного кредита
Г. Евразийско-африканская глобальная перспектива

Примечания


Предисловие


Представляемую ниже работу кто-то из мировых лидеров современности в ближайшем будущем будет рассматривать как важнейший политический документ, который вы прочли или могли прочесть за всю свою жизнь до сих пор. Вне сомнения, изложенные здесь стратегические вопросы представляют собой предмет, который был бы до сего времени важнейшим в мировом историческом опыте современной европейской цивилизации.

Вы находитесь здесь и сейчас, в этот момент мировой истории, между надеждой на рай и перспективой такого ада, который никогда раньше и представить себе не могли.

Как бы ни воспринимать проблемы такого рода, с которыми мы имеем дело в данной работе, уместно обойтись без воинственных кличей, и говорить то, что должно быть сказано, тем спокойным, но совершенно серьезным тоном, каким говорят командиры войск ранним утром в день, когда должна начаться величайшая война. Не бурные страсти пьяной толпы, но холодные спокойные интонации, которыми кавалерист успокаивает лошадь, а командиры подчиненных в те моменты, когда немыслимое наконец-то действительно вот-вот начнется.

Поэтому я говорю спокойно о вещах, которые люди должны помнить после великой начавшейся битвы. Читайте эти слова спокойно, чтобы прочесть их без предвзятости. Ведь если вы сумеете спокойно принять реальность того, о чем я вам здесь расскажу, мы с большей вероятностью сможем принять решения, которые помогут нам пережить предстоящий общий кризис сегодняшнего общества во всем мире.

Прославленная дочь некогда знаменитого Бунда – Роза Люксембург – была, несомненно, самым знающим экономистом академического или иного толка среди своих современников-социалистов. Хотя она почти забыта в сегодняшней научной и политической жизни, ее на редкость самобытное и верное отношение к предмету британского империализма выходит сегодня на первый план в текущих событиях мирового кризиса накануне американских президентских выборов 4 ноября, когда вся наша планета все быстрее кренится в сторону того, что грозит стать всеобщим погружением в новое, более глубокое мрачное средневековье, чем европейский темный век XIV столетия.

Ее ключевая роль в истории



Актуальность Розы Люксембург и ее понимания современного империализма важны для нас в том, что для осознания современного кризиса мировой цивилизации мы должны отдавать отчет в двух обстоятельствах. Во-первых, сегодняшний мировой кризис есть продукт многолетнего влияния тех же врагов президента Франклина Д. Рузвельта из числа британских империалистов и сочувствующих Британии в самих США и других странах, которых мобилизовали против Рузвельта с лета 1944 года, включая подручного Уинстона Черчилля – президента Гарри Трумэна. Во-вторых, ряд перемен в политике США был обусловлен британским влиянием через ведущих американских деятелей разной степени продажности и глупости после смерти Франклина Рузвельта, особенно после террористических мятежей группы «Уэзермен» и связанных с ними событий 1968-1970 гг. Эти события отражают перемены, побудившие все президентские администрации США с 1971 г. либо способствовать, либо не иметь духа сопротивляться, такому положению дел, при котором объем чистого физического производства американской экономики в целом сокращался ускоренными темпами все время с финансового 1967-1968 года по наши дни.

Актуальность работы Розы Люксембург для сегодняшнего кризиса объясняется результатами нападок, британских империалистов против политики президента США Франклина Рузвельта, каковые [результаты] сегодня выражаются в крене экономики планеты в сторону общего кризиса общемировых систем денежно-кредитных отношений и физической экономики. Если эту ситуацию в физической экономике не развернуть – и очень скоро, – то период после общих выборов в США 4 ноября 2008 г. может возвестить о крахе экономики всех стран планеты, сходном (но только гораздо, гораздо хуже) с крахом, пережитым Европой в «темном веке» нового времени – в XIV столетии, когда число приходов в Европе уменьшилось вдвое, население быстро сократилось на треть, а «черная смерть» стала характерной культурной особенностью десятилетий, последовавших за официальным банкротством короля Англии.[1] На сей раз, если «темному веку», маячащему на пороге, действительно дать волю, то результат будет много, много хуже того, что случилось в Европе в предыдущий «темный век» нового времени.

Что касается вопроса британского империализма сегодня, Роза Люксембург по-прежнему выделяется и стоит особняком и даже выше большинства экономистов доминирующего ныне поколения, равно как и ученых в областях т.н. «политологии» и права или ведущих политических деятелей в целом. К ним относятся почти все недавние или нынешние кандидаты на пост президента США, ни один из которых не дошел до понимания истории как процесса, а не простой последовательности отдельных событий, результаты которых можно купить и продать сегодня тому, кто больше даст.

Как показывает последовательный спад физической экономики США с 1968 г., лишь немногие из нас во всем мире, и в основном только люди моего поколения или относительно немногие из следующего за нами поколения, выделяются, хоть и редко, как исключения из сегодняшнего общего правила некомпетентности в определении экономической политики народов мира. Ее работа 1913 г. «Накопление капитала», опубликованная в переводе на английский язык в «Monthly Review» еще в 1951 г., примечательна тем, что дала англоязычному читателю уникальный научный подход к предмету современного империализма по сравнению с другими европейскими источниками. Поэтому она заслуживает признания в качестве отправной точки, предложенной грамотным профессиональным историком – самой Люксембург – для понимания первопричин глобального кризиса, который уже происходит.[2]

Таким образом, пусть сказанное ниже будет воспринято как уместное вступление к великому, быстро набирающему силу кризису мировой экономики, проблему которого мы должны решить.

Роза Люксембург была экономистом-социалистом, доказавшим, что В.И. Ленин из России, как и немецкие социал-демократы того времени, не понимал реального смысла понятия, называемого современным империализмом. По степени компетентности ее единственным соперником-экономистом среди социалистов ее эпохи был француз Жорес.

Мой личный опыт, во время моей послевоенной солдатской службы в Калькутте 1946 г., в первом полугодии того года, многочисленные знакомства и последующие встречи с типичными лидерами и другими фигурами политических партий Индии дали мне глубокое обоснованное понимание жестокой и склонной к массовым убийствам примитивной природы британского империализма, и заложили основу моего глубокого презрения к прислужнику британского империализма у меня на родине – Гарри С Трумэну, который пришел на смену нашему любимому истинному антиимпериалисту президенту Франклину Рузвельту.

Однако не раньше, чем специалист Государственного департамента США Герберт Фейс[3] документально обосновал этот же довод Розы Люксембург в отношении современного империализма, известный историк экономической науки глубоко разработал доступное общественности доказательство, подтверждающее вывод: Роза Люксембург была права, в отличие от ее соперников-социалистов и всех остальных.[4]



Британский империализм сегодня



Популярное сегодня среди тех, кто объявляет себя социалистами, и других деятелей, и совершенно ошибочное представление о США как о «ведущей империалистической системе мира» это не только полностью неверная идея, но и убеждение, которое может быть самоубийственным в реальной практике для таких стран, как США и Россия, и для других стран. Тем не менее, эта неверная идея представляет собой убеждение многих ведущих экономистов и государственных деятелей во всем мире, упорно цепляющихся за понятие американского империализма. Таким образом, миру угрожает влияние этого стратегического заблуждения на легковерных людей – заблуждения, согласно которому именно США, а не англо-голландская либеральная система Британской империи, является единственной доминирующей и действительно империалистической стратегической силой, действующей сегодня на всей планете. В сущности, каждый страстный ненавистник США среди даже наших граждан и деятелей за рубежом, даже ведущих политических фигур, есть результат того, что они практически выступают либо бессознательными, либо более или менее сознательными британскими агентами против наших Соединенных Штатов, независимо от способности или неспособности осознать этот факт. Сходное заблуждение все еще встречается у многих и в России.

Как я показываю далее в настоящей работе, грамотно используемый термин «империализм» никогда не соответствует распространению мирового господства какой-либо конкретной нацией-государством. В реальности, в отличие от детских сказочек легковерных людей, все империи представляют собой динамичные наднациональные образования, а современные им королевства или аналогичные государства сами по себе суть просто субъекты этой наднациональной империалистической державы. Это отношение иллюстрируется стремлением к таким условиям в западной и центральной Европе, при которых полномочия наднационального правительства, в форме «глобализации» и «свободной торговли» в общем, или Всемирной торговой организации в частности, подчиняют или даже заменяют собой национальные суверенитеты.

Борьба против ошибочно выбранного врага, особенно в ошибочной войне, и особенно длительные войны в соответствии с замыслами, разработанными для США Лондоном или такими фактическими агентами Британии, как бывший президент Джордж Х.У. Буш (сын Прескотта Буша, переводившего деньги на спасение нацистской партии Адольфа Гитлера), и прежде всего перманентные войны – лучший способ погубить собственную нацию. Мы должны распознать этот фактор в результатах долгой войны США во Вьетнаме при президентах Джонсоне и Никсоне или в Ираке при президентах Бушах, отце и сыне, с января 1989 г.[5]

Именно благодаря наследию главного противника британского империализма в сегодняшнем мире – конституционных Соединенных Штатов, с важнейшей исторической вехи – Парижского мира (февраль 1763 г.), а также наследию Уинтропов и Мазеров из Массачусетса и их политическому наследнику Бенджамину Франклину, Соединенные Штаты до сих пор остаются самой действенной силой, даже несмотря на двух президентов Бушей, в сохранении подлинной свободы наций от так называемого «британского» империализма современности.

Наследие ведущей роли Бенджамина Франклина в создании сердцевины конституционной республики США все еще остается главным конституционным препятствием для единственной на сегодняшний день подлинной империи в мире – англо-голландской либеральной империи, выросшей из традиции Паоло Сарпи. Это по меньшей мере справедливо в отношении наших Соединенных Штатов в том смысле, что они неоднократно представляли собой, как при президенте Франклине Д. Рузвельте, точку опоры народов мира против того, что с февраля 1763 года всегда было их основным противником – против британского империализма.

Наши Соединенные Штаты никогда не были империалистической страной по своему национальному характеру и редко действовали таким образом, который хотя бы напоминал империалистическую державу, кроме как в те времена, когда правительство США контролировалось такими силами британского влияния, как наши собственные американские тори, – они произошли от людей вроде откровенного предателя и агента британского Форин офиса вице-президента США Аарона Бэрра или такими почти открыто признанными агентами британского влияния, как президент Гарри С Трумэн, или когда ему противостоял многонациональный противник, чаще всего союзники и агенты основного действительного противника нашей республики – самой Британской империи.[6]

Сегодня Соединенные Штаты в одиночку не могут выиграть битву за освобождение от англо-голландского либерального империализма. Со смерти президента Франклина Рузвельта и прихода этого жалкого защитника британского колониализма, президента Гарри Трумэна могущество и действующий на практике принцип наших Соединенных Штатов подорваны в такой степени, что США в основном погубили себя сами. Это произошло на протяжении редко прерываемой последовательности этапов, отмеченных приходом Трумэна, убийством президента Джона Кеннеди, распадом Бреттонвудской системы, к которому стремился Лондон (по инициативе подручных британских диверсантов в американской администрации президента Ричарда Никсона) и работой банды разбойников и изменников в Трехсторонней комиссии Дэвида Рокфеллера, которых поставили на службу тому же самому готовому к геноциду «зеленому» фашизму, который действует во Всемирном фонде дикой природы британского принца Филиппа и его недавно умершего партнера – ветерана нацистской СС нидерландского принца Бернарда.

Изложив сведения общего характера предлагаемой ниже работы в целом, перейдем ко вступительной части, а затем к основным темам самой работы.



Введение


По основаниям, которые прояснятся в ходе представленного в данной работе глубокого рассмотрения причин, профилактики и лечения разворачивающегося общеэкономического кризиса на нашей планете, существуют легко доступные возможности для благополучного спасения от сегодняшнего кризиса.

В частности, валютно-финансовая система современного мира не может выжить, и мы, американцы, тоже не выживем, не начав качественно нового сотрудничества с Россией и другими странами в ближайшие месяцы, не создав коалиции, достаточно мощной для подавления попыток сил англо-голландских либеральных финансистов уничтожить всех нас вместе, вздернув каждого из нас поодиночке. Если этих конкретных партнеров разобщить, то от этого проиграет все человечество. В истории мощные альянсы предполагаемых жертв разбойника нередко свергают тирана.

Однако должна и может быть установлена новая мировая экономическая система соответствующих суверенных, «свободных от глобализации», современных наций-государств – система, которая будет полностью соответствовать исходному замыслу Бенджамина Франклина и Александра Гамильтона при основании нашей федеративной республики Соединенных Штатов. Она не будет иметь ничего общего с валютными, экономическими и сопутствующими особенностями Британской (англо-голландской либеральной) мировой империи и с ее корнями в таких местах, как по сути фабианское империалистическое руководство британской Лейбористской партии Тони Блэра – автора иракской войны и других зверств (при помощи мошенничества и смерти честного ученого Дэвида Келли, работавшего на британскую разведку), баронессы Лиз Саймонс и ее мужа, и Гордона Брауна.



США и Россия



Выдающееся значение России как одного из партнеров США в этой глобальной программе восстановления экономики можно увидеть в отношениях между двумя странами с того времени, когда Екатерина II сыграла свою роль в создании Лиги вооруженного нейтралитета, от которой в тот момент зависела свобода самих США. Точно так же, когда неизменный империалистический противник нашей республики – Британская империя – в 1861-1865 гг. сплотил Наполеона III и работорговую испанскую монархию, пытаясь уничтожить нас и Мексику, российское Морское ведомство оказало нам самую существенную помощь, развернув свой флот, чтобы гарантировать защиту нашего тихоокеанского и атлантического побережий от открытого нападения британского флота.

Но эти отношения с Россией имели еще более глубокие общие корни; связь заключалась в общем влиянии Готфрида Лейбница при формировании идей, от которых зависели наше экономическое развитие и замысел нашей Декларации независимости; идей, повлиявших также и на Петра I, который посетил академию в саксонском Фрайберге как наследник и царь через несколько лет после приезда туда Лейбница.

Роль России как одного из потенциальных ключевых партнеров США в ходе возможного глобального подъема сегодняшней мировой экономики имеет две основные особенности. Во-первых, и у нас, и у России есть глубоко укорененные, давние, исторически обусловленные общие интересы. Во-вторых, Россия по историческим причинам со времен Чингисхана представляет собой основную евразийскую культуру в мире. Россия вместе с группой независимых теперь республик на территории, которая некогда была Советским Союзом, а еще раньше Российской империей, это ворота между республиканскими течениями в рамках трансатлантической культуры мира и их продолжением на просторы Азии.

У США и России есть и общий стратегический интерес в сопротивлении злу, творимому их главным общим врагом – Британской (или, лучше сказать, брутальной) империей. Зловещая главная роль премьер-министра Маргарет Тэтчер в заговоре Тэтчер, Миттерана и Буша по подавлению Германии при помощи Маастрихтского соглашения, равно как и Восточной Европы (в том числе России), а впоследствии использование британской королевской яхты для устранения тогдашнего правительства Италии, типичны для позиции британского империализма в отношении взаимодействия с соседями из континентальной Европы.[7]

На планете в целом примерно с 1620 г. все больше дает о себе знать принципиальный системный трансатлантический конфликт между англоязычным населением США и империалистическими интересами, сосредоточенными в Британии. Установление британской монархии и англо-голландской либеральной финансовой системы при помощи т.н. «Семилетней войны» 1755-1763 гг. отделили патриотов англоязычной Северной Америки от Британии. Характер этого разобщения сохранился в избранной Британией роли с момента заключения Парижского мира в феврале 1763 г. в качестве основного врага дальнейшего существования того образования, которое станет Соединенными Штатами Америки Бенджамина Франклина и других деятелей. Парижский мир подтвердил статус Британской Ост-Индской компании лорда Шелбурна и прочих как сердцевины подлинно англо-голландской либеральной имперской власти, которая на протяжении всей своей внутренней эволюции оставалась самым последовательным врагом нашей республики с того времени и до сего года, в котором основную роль играют такие агенты британского Форин-офиса, как наркобарон Джордж Сорос, в Демократической партии, на президентских «праймериз» и затем в период общих президентских выборов в ноябре.

С февраля 1763 г. тон в политике задавали англо-голландские либеральные империалистические интересы. Они неоднократно губили попытки разработать устойчивые системы правления на европейском континенте.



Война Британии против нас с 1890 г.



С момента образования британского Форин-офиса в 1782 г. главой Британской Ост-Индской компании лордом Шелбурном,[8] важнейшей особенностью британского империализма всегда были не британские колонии как таковые, а, скорее, главенствующая роль Британской Ост-Индской компании лорда Шелбурна, Иеремии Бентама и прочих, и созданной ею англо-голландской либеральной финансовой иерархии, распространенная на большинство территории планеты. Наследие Семилетней войны сформировало характер британской империалистической системы – характер, к которому она возвращалась зримым образом вновь и вновь, особенно после того, как в 1865 г. потерпели крах ее попытки разрушить Соединенные Штаты – неудачу, вызванную разгромом этой системы войсками под командованием президента Авраама Линкольна при помощи России. Разгром британцев республикой Линкольна был грозным поражением британской имперской политики, проводимой главой британского Форин-офиса Иеремией Бентамом, а позднее лордом Пальмерстоном. Это был крах британского намерения изолировать США и исключить возможность их дальнейшего существования как эффективной силы в Северной и Южной Америке.

Если бы британцы в тот момент не мобилизовались для разжигания войны во всей Евразии, то Британская империя – англо-голландская империя ростовщичества – уже давно перестала бы существовать. Угроза положить конец британскому имперскому могуществу возникла с момента принятия модели американской системы политической экономии, влияние которой, да и целые системы, копировавшиеся с нее, распространились из Северной Америки в континентальную Европу и далее. Таким образом, с этого момента угроза американского влияния для тирании британского морского могущества, от которого зависела Британская империя, стала т.н. «геополитическим» вопросом, по поводу которого Британская империя постоянно вела войны, особенно после того, как принцу Уэльскому удалось повлиять на отставку канцлера Отто фон Бисмарка в 1890 г. В сущности, с тех времен все важные войны на планете представляли собой выражение т.н. «геополитического» конфликта между американской республиканской моделью и британской империалистической моделью общества.

Злоба британцев на президента Линкольна была, несомненно, основным мотивом убийства британскими спецслужбами президента Линкольна, как впоследствии и президентов Гарфилда и Маккинли – и это не единственные случаи; основная причина заключалась в стратегическом интересе британского империализма в уничтожении американской республики как самого смертельно опасного противника сохранения имперского могущества Британии, каким она [республика] была под руководством президента Франклина Д. Рузвельта. Убийства или подкуп президентов и законодателей США были самыми обычными попытками для достижения все того же общего результата. Роль британской монархии в отставке Бисмарка для того, чтобы начать войну, ставшую первой мировой войной, свидетельствует о более общей антиамериканской стратегии англо-голландской либеральной системы, сохранявшейся в течение всего времени после февраля 1763 г.

Чтобы наглядно пояснить этот принципиальный момент, обратимся к следующему.

В период после отстранения от должности в 1890 г. канцлер Отто фон Бисмарк предупреждал: единственной причиной событий, которые фактически станут затеянными Лондоном балканскими войнами, предсказуемо приведшими к всеобщей войне в 1914 г., было умышленное повторение британцами Семилетней войны 1755-1763 гг., развязанной англо-голландскими либеральными финансистами. Та война привела к возникновению Британской Ост-Индской компании как имперского образования и мирового могущества после заключения Парижского мира в феврале 1763 г. Британская имперская, международная финансово-олигархическая институция постоянно добивается ослабления и уничтожения всех противников Британии. Ее политика всегда была отражением намерения установить власть англо-голландских либеральных финансистов в качестве единственной подлинно мировой «глобализованной» империи на нашей планете с того момента и по наши дни. Что касается самой британской монархии, то это просто креатура имперской финансовой олигархии, чья современная политическая и финансовая мощь представляет собой институциональное выражение так называемой новой венецианской партии Паоло Сарпи и его последователей.

Понять это должно быть просто для любого образованного человека, который при этом не является глупым идеологом в духе Редьярда Киплинга и полковника Блимпа. Книга «Упадок и разрушение Римской империи», написанная Эдуардом Гиббоном как отчет для своего хозяина лорда Шелбурна, фактически представляет собой проект всех долгосрочных задач и принятого Шелбурном имперского характера будущей Британской империи. В качестве доктрины для империи предписывается принятие модели Юлиана Отступника, поскольку характерная особенность замысла империи была именно так и описана Гиббоном, и она осталась очевидным практическим замыслом с того момента и до сегодняшнего дня.

Таким образом, благодаря Шелбурну, Гиббону и иже с ними мы и получили не только всеобщую войну 1914-1918 гг., но и Вторую мировую войну и «холодную войну» США после президентства Франклина Рузвельта под руководством приспешника Британии президента Гарри Трумэна.[9] Создание Трумэном и Черчиллем длительного конфликта между США и Советским Союзом в принципе никогда не было ничем иным, кроме как дальнейшим развитием – именно так, как и понимал канцлер Бисмарк – намерения, выраженного последователями лорда Шелбурна из Британской Ост-Индской компании после заключения Парижского мира в феврале 1763 г..

Таким образом, Французская революция 14 июля 1789 г. и последующих лет и использование Лондоном и Габсбургами разрушения континентальной Европы Наполеоном Бонапартом для получения длительной стратегической выгоды Британской империи были проявлениями основного типа более масштабных операций в арсенале махинаций британского Форин-офиса, контролируемого Британской Ост-Индской компанией под предводительством лорда Шелбурна и его последователей. С того времени и по сей день эти последователи продолжают воплощать все ту же имперскую стратегию, которую Британская Ост-Индская компания применила для организации Семилетней войны 1755-1763 гг..

Невольное орудие британцев – Наполеона Бонапарта – точно таким же образом использовали к выгоде хихикавших все это время британских кукловодов, и ради все той же цели, что и при организации англо-голландскими либералами Семилетней войны. Как позже предположит бывший канцлер Бисмарк, Венский конгресс 1814-1815 гг. был одним из звеньев в цепи последовавших событий после имперского триумфа Британской Ост-Индской компании при заключении Парижского мира в феврале 1763 г..

После разгрома – под руководством президента Авраама Линкольна – новых попыток Британской империи уничтожить претензии США при помощи операций империи, постоянно проводившихся британском Форин-офисом лорда Шелбурна, Иеремии Бентама и лорда Пальмерстона в период с 1815 по 1865 гг., Британская империя спровоцировала события, вылившиеся в «геополитические» Первую и Вторую мировые войны. Эта новая (после 1865 г.) британская имперская политика была ориентирована на непрерывную череду всеобщих имперских войн, типичным примером которой служит использование отставки Бисмарка британским принцем Уэльским Эдуардом Альбертом для того, чтобы подготовить почву для натравливания российского царя Николая II на немецкого кайзера Вильгельма II. Одновременно принц Уэльский Эдуард Альберт уговорил японского микадо развязать в 1894 г. от имени Британии войны, которые Япония вела в 1894-1945 гг., направленные на достижение двоякой цели: уничтожение правительства Китая и расчленение этой страны, а также уничтожение морской мощи в Тихом океане общего противника микадо и Британии – Соединенных Штатов.[10]

На наступившем после 1865 г. этапе Британская империя применяла те же методы, используя тех, кто стал уже на моей памяти «бывшими англо-американскими сторонниками Адольфа Гитлера» (таких, как дед нынешнего президента США Прескотт Буш, сыгравший ключевую роль в спасении Гитлера от банкротства в критический момент), для втягивания самих США в исполнение роли британской марионетки. США должны были играть роль марионетки в оказании давления англо-голландскими либералами в сторону использования ядерного конфликта между США и Советским Союзом, как того требовал безгранично порочный Бертран Рассел с 1946 г., чтобы обеспечить взаимно гарантированное ядерное уничтожение обеих основных стратегических стран – мишеней.[11]

Фактический альянс британцев с Гитлером в 1923-1940 гг. подорвала случайность: роль профашистского правительства Франции в открытии ворот Франции для нападения вермахта. Это побудило таких британских лидеров, как Уинстон Черчилль, порвать с Гитлером после нарушения им соглашения о признании Франции в качестве британской марионетки. Тогда британцы обратились за спасением к США президента Франклина Рузвельта, а нацистская Германия потерпела поражение в войне, которая стала для нацистской державы в конечном счете безнадежной войной на два фронта.
[12]

Тот же самый британский империализм является источником самого примечательного стратегического зла, существующего сегодня на нашей планете, особенно зла, пропагандируемого при помощи сатанинских, применяемых после 1989-1991 гг. механизмов организованной нравственной и экономической порочности, известной под названием «природоохранной деятельности» и «глобализации». Именно «глобализацию» пропагандировал британский ставленник, бывший вице-президент США Эл Гор со своими лживыми россказнями против науки – этим он занимался на своей должности как сподвижник британского принца Филиппа, герцога Эдинбургского (который открыто требовал геноцида большинства населения планеты) в компании с ныне покойным подручным герцога, принцем Бернардом, в ходе их направленной на геноцид кампании через Всемирный фонд дикой природы.

Все это имеет принципиальные стратегические, экономические и сопутствующие последствия в настоящий момент.

Результатом этой англо-голландской либеральной империалистической политики является также происхождение, в период с 1945 по 1980 гг., процессов постоянного, происходящего в планетарном масштабе, общеэкономического кризиса всей мировой системы.

Таким образом, после нескольких столетий мы достигли такого момента времени, в котором совокупность экономических и других культурных факторов, порожденных преимущественно либерализмом англо-голландских финансистов, создала более чем зрелые предпосылки для угрожающего нам сегодня физического кризиса-коллапса всей планеты.

Поэтому самой насущной интеллектуальной проблемой, которой мы должны заниматься, является изучение ошибок в поведении самих наций, намеченных на роль жертвы, неверного поведения, из-за которого намеченным жертвам англо-голландского либерализма (включая такие ведущие державы, как США, Россия, Китай и Индия) не удается стать необходимым мощным стержнем единения для тех стран, которые могут решиться навсегда стряхнуть с себя роль одураченных стратегических жертв Британии, которую играли раз за разом.



Закон: империя против нации



Нынешний период современной истории, последовавший за установлением либеральной власти англо-голландской разновидности при Вильгельме Оранском и после двух последних ужасных лет перед смертью английской королевы Анны, представлял собой британскую кампанию по замене правительств подлинно суверенных наций-государств на искаженную роль для наций – такую, при которой, как показывают Европейский Союз и Маастрихтское соглашение, нации становились простыми придатками, простыми подчиненными, почти «карманными королевствами» в «глобализированной» форме мировой империи.

Призрак геноцида при помощи новой «Вавилонской башни», называемой «глобализацией», – вот перспектива на самое ближайшее время, если только силы англо-голландского либерального ростовщичества сегодня не потерпят от нас поражения. Для выполнения этого условия нам нужен отряд наций-государств, достаточно мощный для того, чтобы вывести так называемый британский империализм из строя раз и навсегда.

По связанным с Британией причинам фашистский культ «Уэзерменов», – последышей тех, кто заполонил кампус Колумбийского университета в Нью-Йорке, проявился в постыдных чикагских бунтах. Отголоском этой совершенно порочной структуры, основанной на дионисийском культе, стали еще более безумные проявления в конце 1980-х гг. в Германии, где антиядерные фашистские беспорядки, устроенные немецкими «двоюродными братьями» Уэзерменов, почти достигли уровня откровенной гражданской войны. Это ключ к пониманию сорелианского культа насилия, выраженного в так называемом «международном терроризме», новом «1848 годе» в период 1968-2008 гг..

Фактором бунта в современных государствах всегда руководят сверху, изнутри ведущих финансовых институтов и связанных с ними юридических фирм, которые всегда сосредоточены преимущественно в командной структуре в англо-голландских либеральных сетях финансовой олигархии. За этими молодыми фашистами уэзерменского или аналогичного толка всегда стоит тот же самый замысел, как и в те времена, когда интересы англо-венецианских финансистов выпустили Муссолини в инсценировке сорелианского «очистительного насилия». Поищите за фасадом фашистского культа «Уэзерменов», в офисах, где он сегодня гнездится, и вы увидите, где притаилась опасность для нашей республики.

Вырождение бывших суверенных государств континентальной западной и центральной Европы после того, как Германия смирилась с утратой суверенитета при канцлере Хельмуте Коле премьер-министром Маргарет Тэтчер (с согласия тогдашнего президента Джорджа Г. У. Буша) достигло сегодня такого состояния, при котором в техническом отношении ни одна страна континентальной западной и центральной Европы не является подлинно суверенным государством, если только – и до тех пор, пока – она не освободится из трясины возглавляемых Британией «энвайронментализма» и «глобализации». В частности, как яснее всего видно по современным Франции и Италии, налицо проявления растущей решимости довести до конца это необходимое освобождение из-под железной пяты англо-голландского либерального империализма.

Таким образом, сама Великобритания по существу не является подлинно суверенной нацией-государством, но фактически представляет собой всего лишь провинцию имперской финансово-олигархической монархии – имперской монархии, правящей такими подчиненными, как нации-государства, которые поэтому практически сведены до уровня составных частей виртуальной «Вавилонской башни», все более «глобализированного» подобия просто королевств прошлых имперских порядков Европы – таких, как управляемый венецианцами феодализм, и не являются подлинно суверенными государствами. К числу жертв относятся королевства, живущие под властью империи, под властью олигархического режима, с такими результатами, как империя Августа Цезаря, а также более позднее выражение (исходно азиатской) формы империи Диоклетиана и его преемника Константина.

В соответствии с тем же ультрамонтанским принципом империализма один лишь император может устанавливать общие принципы права; у королевств нет полномочий сверх издания того, что справедливо называют местными ордонансами. Так, в соответствии с древним азиатско-европейским олигархическим принципом имперского права, распространившаяся по всему миру либеральная финансовая олигархия, а не Соединенное Королевство, сегодня является единственной существующей имперской властью в мире.



Неофеодальный путь к умирающей Европе



С упадком Византии более тысячи лет назад имперская держава переместила свой центр власти из Византии в набиравшую силу финансово-олигархическую Венецию – Венецию, которая использовала, в частности, анжуйское рыцарство (модель будущих нацистских СС) как инструмент навязывания правления феодального эквивалента современного международного фашизма эсэсовского толка – цезарианское государство.

Эта эволюция средневековой Европы при управлении феодальной системой венецианцами привела к наступлению печально знаменитого нового «темного века» в XIV столетии, в течение которого количество приходов в Европе сократилось вдвое, а численность населения на треть. Этот новый «темный век» привела на сцену истории практика ломбардского ростовщичества, применявшего методы, сходные с методами 1987-2008 гг., при помощи которых мир в целом был поставлен на грань общеэкономического кризиса.

Новорожденную современную Европу XV века спасли события, центром которых стали такие фигуры, как великий гений кардинал Николай Кузанский, установивший принцип современной суверенной нации-государства и заложивший основы современной науки. Влияние Николая Кузанского привело к основанию первых в Европе современных республик наций-государств – Франции при Людовике XI и Англии при его поклоннике Генрихе VII. Эти события установили современную европейскую цивилизацию, но они, к сожалению, не обошлись без борьбы. Всё те же венецианские силы, представленные Габсбургами, нанесли ответный удар, погрузив Европу в религиозные войны 1492-1648 гг..

Таким образом, после связанного с Габсбургами изгнания евреев из Испании в 1492 г. система суверенных наций-государств и современной науки, установленная великим экуменическим Флорентийским собором, была в значительной степени подавлена, что привело к погружению всей Европы в 1492-1648 гг. в длительный период религиозных войн. Из этих длительных войн венецианская группировка, возглавляемая Паоло Сарпи, вышла крупной, набиравшей влияние силой т.н. протестантской власти – власти, закрепившейся в прибрежных районах северных побережий Европы в отличие от правивших ранее номинально католических регионов морских средиземноморских областей.

В этот период постоянных религиозных войн 1492-1648 гг., предшествовавших Вестфальскому миру 1648 г., были одержаны две важных, хоть и частичных, победы дела суверенной формы европейской нации-государства. Кроме того, эти два важнейших тесно связанных друг с другом события определили историю основных современных, распространившихся на весь мир событий вплоть до настоящего времени.

Первым был продукт великого экуменического Флорентийского собора, выраженный в дальновидном предложении Николая Кузанского о трансокеанском развитии, которое первоначально осуществилось при помощи Христофора Колумба. Это было движение, толчок которому дало выполнение Колумбом программы Николая Кузанского по переносу лучших образцов современной европейской цивилизации через океаны – в места, откуда необходимые реформы Европы, испорченной наследием древней азиатской «олигархической» модели, можно развить и внедрить, чтобы освободить саму Европу от олигархического зла. Развитие будущих США так, как оно происходило в колонии Массачусетского залива до 1689 г., стало основным примером этого; основание и сохранение американской республики до смерти президента Франклина Рузвельта символизирует это счастливое развитие.

Второе, более позднее, важнейшее положительное событие было выражено как отголосок французского Людовика XI и английского Генриха V, в ключевой роли кардинала Мазарини и его сподвижника Жан-Батиста Кольбера в установлении и развитии великого экуменического принципа отношений между суверенными государствами, на котором был основан Вестфальский мир 1648 г..

Однако наследница неовенецианской либеральной системы в духе Паоло Сарпи – т.н. англо-голландская либеральная система – стала основным эффективным противником этого счастливого развития, воплощенного в форме американской республики, основанной на принципе Вестфальского договора.

Результатом этого конфликта была растущая концентрация величайшего относительного импульса за и против экономического развития в двух противостоящих друг другу англоязычных державах: американской республике и британской либеральной системе. Эта трансатлантическая борьба, сосредоточенная в противостоящих друг другу англоязычных культурах, борьба за подлинную свободу человека против англо-голландской либеральной формы нео-венецианского империализма, стала основным стержнем мировой истории до сегодняшнего дня.

Только с этой точки зрения на основные элементы современной и связанной с ней истории можно определить и понять сегодняшнюю смертельную угрозу дальнейшему существованию цивилизации. Понимание этого совершенно необходимо, если миру и прогрессу суждено существовать где-либо на нашей планете в обозримый период жизни грядущих поколений.



1. Англия и Карл Маркс



Перед тем как перейти к главной теме этой статьи, я хочу напомнить о марксистском взгляде на политэкономию. Сегодня эта специальная область уже как редкий вид, находится на грани вымирания, но последствия, пусть не намеренные, влияния марксизма и его роли продолжают сегодня играть ключевую роль, особенно в контексте рассмотрения исключительной важной истории стратегических отношений между Россией и США.

Я вынужден по важным соображениям рассмотреть эту тему, а поскольку сам по себе предмет продолжает оставаться деликатным, следует сделать это без ненужной злости до того, как перейти к животрепещущим вопросам.

Итак, продолжим.

Во всех вариантах, за исключением бредовых, остановить мир от очень скорого экономического, культурного и социального распада на цивилизационном уровне, можно только при условии немедленного качественного улучшения отношений между США и Россией. Это должны быть отношения, основывающиеся на специфическом сотрудничестве: объединенных усилиях по созданию коалиции суверенных национальных государств, коалиции, без которой вся планета погрузится во тьму, худшую 14-го века европейской истории.

В этой связи влияние доктрин Маркса остается для обеих сторон, которые должны наладить сотрудничество, острым камешком в ботинке. Если эту занозу не вынуть, недостаток согласия и память о прошлых ссорах может привести к тому, что обе страны, и весь мир, погрузятся в хаос.

Поэтому, если не избавиться от последствий холодной войны и не назвать политику премьер-министра Тэтчер и президента США Буша-старшего в период 1989-1992 гг. тем, чем она была – преступлением, наладить сотрудничество не удастся в сжатые сроки, как того требуют обстоятельства, если удастся вообще. В этом случае, все страны мира и народы погрузятся в продолжительный хаос, в котором исчезнут целые культуры в результате быстрого вымирания населения всей планеты, смерти миллиардов людей.

До середины 70-х годов приходилось обсуждать определенные экономические категории со ссылками на «ортодоксально марксистскую» точку зрения, но в этих случаях я всегда подчеркивал, что основания компетентной современной экономики изложены в работах последователя Лейбница – Александра Гамильтона, а также, в разрезе моих интересов, в работах Бернхарда Римана по физике. Я имею в виду, что нет нужды всегда окончательно разрешать все споры. Скорее следует продолжать диалог в платоновской традиции – диалог, построенный так, чтобы устранить укоренившиеся и тревожащие различия в процессе достижения согласия по неотложным и более важным принципам и целям.

Метод платоновского диалога следует принять на вооружение как совместный процесс диалектического открытия принципиальной истины.

Начало одному из важнейших из диалогов о политике в области физической экономики положено заключительным предложением диссертации Римана 1854 года: «Здесь мы стоим на пороге области, принадлежащей другой науке – физике, и переступать его не дает нам повода сегодняшний день», т.е., вступительная лекция о математике. Ни один универсальный физический принцип не был описан только математически; по самой своей природе, все истинные принципы Вселенной как бы вне формальной математики. Они находятся в области бесконечно малой, как ее определил Кеплер в открытии принципа всемирного тяготения и в области применения этого понятия универсального принципа Ферма и Лейбницем, особенно в лейбницевом определении анти-картезианской науки в его «Specimen Dynamicum», писавшейся в 1690-е годы.

Следует помнить об этом при чтении последующих разделов этой главы. На минуту отвлечемся и вспомним эмпирический факт – физическая экономика США пребывает в состоянии непрерывного упадка, на душу населения и квадратный километр, начиная с финансового года 1967-68. Упадок был вызван сокращением реальных инвестиций в инфраструктуру, развитие науки и техники, длительным падением жизненного уровня нижних 80% населения США на протяжении всего периода 1968-2008 гг. На фоне паразитов на шее общества с их огромными зарплатами в хищнических инвестиционных банках и «золотыми парашютами» несчастная простушка Мария-Антуанетта представляется чуть не героиней, повышающей уровень жизни непривилегированных сословий.

С приходом в 1977 году администрации Картера, одураченной завиральными идеями Трехсторонней комиссии Дэвида Рокфеллера, единственный смысл продолжения диалога в старых терминах, что я и делал в то время, состоял в уместности поддержания контактов с последним бастионом марксистского учения по ту сторону «линии фронта между капитализмом и социализмом».

В сегодняшней обстановке, для объединения США, России, Китая и Индии как стержня инициативы нового конструктивного мира, объединяющего большую часть мира, требует «не-идеологической» ясности в отношении действительной роли Маркса и его доктрин, а также извращений его учения. Я имею в виду среди прочего миф, которым британский империализм одурманивал головы людей, чтобы заманить их в мышеловку «глобализации».

Спасение от хаоса, создание новой, истинной Бреттонвудской системы на основе фиксированных обменных курсов валют, требует нового осмысления подлинных принципов политической экономии, о которых просто не знают, или же игнорируют в мире, где обычный финансовый учет и валюты, раздуваемые инфляцией, считают экономической наукой. Отказ от реформы, которую я предлагаю, приведет нас всех в пропасть кризиса, который будет катастрофичнее того, что Европа пережила в 14-ом веке.

До сих пор я в основном говорил об отрицательных моментах. Это было нужно в качестве введения, так как мы должны обратить внимание на отрицательные моменты – на погружение мира не просто в депрессию наподобие событий 1929-1933 гг., но в общий кризис на всей планете.

Однако, как будет ясно из этой статьи, смертельная угроза, с которой столкнулся мир, означает необходимость ответа и поиска выхода, невозможного без осознания принципиального характера вызовов настоящего. Их следует рассматривать как предупреждения. Следует понять радикальный характер необходимых перемен в международных отношениях, нравятся они или нет в настоящее время. Понимание подспудных и определяющих тенденций должно привести нас к глубокому пониманию того, как должны развиваться отношения между странами. Шаги в этом направлении должны были быть приняты раньше, но этого не произошло.

Чтобы определить новые, высшие цели отношений между суверенными государствами, необходимо разобрать ряд тем, чтобы вывести диалог к общим выводам в отношении общего принципа. Этот диалог необходимо провести оперативно, до попыток выработки требуемых мер, что я и сделаю в этой статье.

Некоторые из интересующих нас тем не просты для понимания, но они необходимы для выживания цивилизации. Разберем их по очереди.

Принципиальные причины кризиса на планете в 1945-2008 гг. следует рассматривать в рамках нового, пересмотренного взгляда на коренные изменения в отношениях между США и Советским Союзом, в отличие от ситуации, когда был жив президент Рузвельт, противник британского империализма. При Рузвельте эти отношения двигались в направлении, противоположном тому, что происходило при его наследнике Трумэне, стороннике британского и европейского колониализма. Приход Трумэна привел к радикальному изменению направления внутренней и внешней политики США. Мы это почувствовали во времена Трумэна, но еще хуже, при Никсоне, Форде, Картере и Бушах. Смену президентов США и замену друзей и врагов следует оценивать по последствиям, как уже состоявшимся, так и предстоящим для характера взаимоотношений между США и Советским Союзом, а затем и Российской Федерацией и другими государствами.

Поскольку роль постсоветской России имеет ключевое значение для любых эффективных мер в приложении ко всему миру, следует начать с некоторых часто упускаемых из виду, но чрезвычайно важных обстоятельствах, неразрывно связанных с убеждениями о влиянии Маркса на формирование политики государств в прошлом и настоящем.

Вопрос не в сведении «старых счетов». Многие проблемы, острые темы былых времен и мест, скорее отвлекали внимание от важных практических вопросов, сами не будучи реальными политическими вопросами, требовавшими решения. В истории государств часто сбивает с толку то, чего вы не знаете, или отказываетесь понимать. Это важнейший момент, который я хочу разъяснить в этой работе. В таких случаях, для того, чтобы найти выход, необходимо подумать над историей вопроса. О влиянии Маркса можно было бы говорить долго, но, к счастью, сегодня все сводится к нескольким ключевым вопросам, все остальное уже прах.



Что не так с Марксом?



Следует начать с заблуждения в отношении современной экономики, которое разделяли немецкие социал-демократы и Ленин. Именно Маркс, одураченный слуга Пальмерстона, распространил теорию, что «Адам Смит является единственным творцом настоящей политэкономии».[13] Такие заблуждения в общепринятых взглядах и оценках самого Маркса указывают на то, что само учение Маркса играло важную вспомогательную роль в развитии современного мирового кризиса и сыграло значительную роль в распространении абсурдных и маскирующих реальность представлениях о природе и причинах империализма. Однако не марксизм стал основной причиной экономического краха Советского Союза.

Причиной гибели стал не Маркс с его идеями, а влияние прислужника Шелбурна Адама Смита, горячо ненавидевшего независимость Соединенных Штатов. Причину крушения следует искать в других обстоятельствах, парадоксальным образом позволявших Советскому Союзу добиться серьезного лидерства в военных аспектах экономической стратегии, и в то же время потерпеть крах в экономике. Объясняется это в значительной степени тем, что социалисты впитывали исходные допущения Адама Смита от Маркса.

Привычные, системные недостатки советского народного хозяйства в части физической экономики имели под собой принципиальные основания. Они объясняются серьезной эпистемологической ошибкой относительно природы творческих способностей человеческого разума. Передавалась эта ошибка из марксовой доктрины в целом, когда вместо разума, отличающего трудящегося как человека, на первое место была поставлена мозолистая рука трудящегося. Та же ошибка крайне тлетворно проявляется в обычаях, мифологии и доктринах трансатлантического либерализма периода с 1968-го года и до нашего дня.

Уроки этой ошибки необходимо извлечь немедленно, если мы хотим найти выход из разворачивающегося всеобщего кризиса и отвести связанную с ним угрозу войны.



США, Россия и Маркс



В связи с системными ошибками Маркса встает два вопроса, препятствующих сегодняшним обсуждениям стратегии. Некоторые проблемы есть просто ошибки, которые просто нужно осознать, другие же необходимо исправить для налаживания необходимого сотрудничества между США и Россией как ключевыми партнерами.

Речь о следующем.

Важнейшей проблемой для установления сотрудничества США с Западной и Центральной Европой является английская болезнь, коренящаяся в феодальном, олигархическом наследии континентальной Европы. В свое время это явление подтолкнуло дальновидных европейских лидеров последовать совету кардинала Николая Кузанского, попытаться за океаном создать точку опоры для противодействия хронической олигархической (читай – венецианской) болезни Европы. Отто фон Бисмарк руководствовался тем же принципом, опираясь на отношениях с США в своей деятельности как немецкого канцлера, например в стремлении к мирным отношениям с Россией.

Важнейший факт, о котором следует помнить, состоит в том, что Россия была союзником США не только во время правления императрицы Екатерины II, но и выступила против Англии, врага США, во время гражданской войны в США.

Тесные отношения между США и правительством России начали складываться во время борьбы США за независимость от Британской империи, возникшей в результате Парижского мирного договора 1763 года.

Не следует забывать, что и во времена Советского Союза Россия не исчезла. Рузвельт это понимал, и никакие конфликты между Россией и США во время пребывания его на посту президенты не были возможны. Британская империя ясно понимала, также как по-своему и правительство Сталина, что если бы Рузвельт был жив, система британского империализма, которая управляет даже процессом выборов в США сегодня, мирно исчезла бы с лица земли. Сама Англия не только бы выжила, но и выиграла от этого, а Британская империя – нет. Коммунизм сам по себе не означал разрыв отношений, это был исправимый источник трудностей в исторически хороших отношениях между Россией и США.

Сегодня, продолжение цивилизованного сосуществования государств на планете зависит от возврата к долговременному сотрудничеству между Россией и США, имевшему место со времен службы Джона Куинси Адамса в Санкт-Петербурге, до убийства президента Уильяма Мак-Кинли, подстроенного англичанами.

Отправная точка здесь – результаты организованной англо-голландскими либералами Семилетней войны 1755-1763 гг. Война и конфликты, ведущие к войне между странами континентальной Европы, а также между США и европейскими государствами, всегда были основой политики Британской империи с момента окончания Семилетней войны. Это хорошо понимал Бисмарк.

Самые мудрые руководители России, монархии и коммунистической страны, также более или менее это осознавали. Союз СССР с Британской империей против США при Хрущеве, Андропове и Горбачеве всегда был путем к разрушению России и США. Все дальновидные и патриотические лидеры США также понимали это, пусть не так как я, но по-своему.

Но до тех пор, пока у власти находился Рузвельт (и если бы его политику продолжали), коммунизм не был причиной принципиальных коллизий. Сейчас такие разногласия стали серьезной проблемой, но не из-за коммунистических традиций, а после того, как Буш позорно вылизал туфли Маргарет Тэтчер, когда речь пошла об условиях воссоединения Германии. Источником проблем стало желание англичан разрушить Германию, Восточную Европу и Россию, после того как Германия перестала быть бастионом НАТО на восточном направлении.

Единственной реальной проблемой марксистского наследия в отношениях между Россией и США сегодня является отсутствие ясного понимания системных пороков, усугублявшихся связями с англичанами: хищнической «саквояжнической» деятельности, замешанной на воровстве российских миллиардеров, притулившихся к англичанам, или деятельности Джорджа Сороса и другие, стервятничавших на постсоветском пространстве в 90-е годы, и выгрызающих страну изнутри и сегодня. Экономическая политика коммунистов была провальной, но отнюдь не по тем причинам, что приводят экзистенциалистские падальщики из Конгресса за культурную свободу. Об этом можно говорить долго, и сказанного достаточно для того, чтобы стала понятной суть дела.

Если некоторые реальные заблуждения марксистских догм не будут осознаны, ошибки экономической политики советского периода будут висеть, как альбатрос из «Сказания о старом мореходе» Кольриджа, на шее любого российского правительства. Учитывая глубину разворачивающегося сегодня всеобщего кризиса производительных сил, для всех нас важно понимать, что идея российского государства, а не его эксперименты с разными экономическими идеологиями, должна лежать в основе любой американской внешней политики. Дело в том, что сегодня нет государств, не делавших за последние сорок лет тех или иных серьезных ошибок в области экономики. Для выработки новых, остро необходимых форм сотрудничества, целью правительства должно быть осознание и быстрое исправление таких ошибок.

Важно понять и исправить отрицательные последствия прошлой политики, а не запихивать их под ковер в России и других странах, которые должны стать инициаторами общих реформ экономической политики во всем мире.



Проблемы марксизма сегодня



Есть три широко определяемые цели, и отказ от движения в их направлении будет означать погружение планеты в хаос.

Первая – возврат к наукоемкому, фондоемкому и энергоконцентрированному производству и транспорту, без чего великие бедствия неизбежно и очень скоро захлестнут планету, несмотря на любые другие благотворные реформы.

Второе – следует реорганизовать отношения между государствами в соответствии с Бреттонвудской системой в духе Рузвельта, а не трумэновскими и кейнсианскими подделками. Такая политика означает восстановление наукоемкой и энергоконцентрированной экономики бывших промышленно развитых стран и их веса на планете в целом до 1968-1971 гг., для создания длинной волны увеличения плотности инфраструктуры на душу населения и чистой продукции на квадратный километр территории.

И, в-третьих, для того, чтобы эти благотворные перемены стали возможными, необходимо построить базовую экономическую инфраструктуру планеты для обеспечения производственных и потребительских нужд человечества. Для этого необходима новая международная кредитная система взамен недееспособной европейской идеи валютных систем. Для этого США в создании государственных банковских учреждений, как посредников в регулярных трансакциях между казначействами разных суверенных стран, должны последовать советам министра финансов Александра Гамильтона (а не «Спятившего Шляпника» Хэнка Поулсона или «Сони» Бена Бернанке).

США и Россия должны позаботиться, чтобы системные пороки любых интерпретаций учения Маркса, или же самого учения, не стали пагубным препятствием для оперативного изменения характера отношений между странами возможными союзниками в возрождении идей Рузвельта в отношении Бреттонвудской системы 1944 года.[14]



Существенные препятствия



В случае России, и не только России, главной проблемой является марксово понимание капитализма, которое разделяли и другие ученые. Его взгляд на США не имел ничего общего с действительным образованием США как исторически новой формы федеративной республики.

В связи с этим, следует помнить, что ни одна действующая сегодня система финансового учета не позволяет учитывать универсальные принципы человеческого творчества, от которых зависит любая успешная физическая экономика, в отличие от воровства – как это имеет место в случае жульничества с деривативами и прочих выдумок проходимцев.

Второе, полностью игнорируется роль творчества в народном хозяйстве. В этом чрезвычайно важном отношении, реальная политика Маркса стала серьезной угрозой прогрессу, поскольку нигде в работах Маркса нет признания активной роли творческих способностей, движущих фундаментальный капиталоемкий научный прогресс для увеличения производительных сил труда.

Отсутствие у Маркса понятия научного и классического художественного творчества, радикально отличающего человека от животного, является роковой системной ошибкой марксизма. Здесь корни отрицания наличия индивидуальных творческих сил человека, присущего Марксу и его апологетам. Основано оно на британском эмпиризме, что имеет место и с редукционистами самого разного толка, эмпиристами и позитивистами наших дней.

Основные ошибки аргументации Маркса в области политэкономии коренятся в разлагающем воздействии школы Хейлибери Иеремии Бентама, Адама Смита и прочих. Все составляющие учения этой школы порочны, и об этом следует помнить.

Вопреки олимпийскому Зевсу «Прикованного Прометея» Эсхила каждый человек может и должен стремиться не просто к получению знаний, но и к развитию своих творческих сил. Нельзя человека дрессировать как собаку, он должен стать творцом, по подобию нашего Создателя.[15]

О принципе творчества речь пойдет ниже в этой главе. Но сначала, до рассмотрения научной основы этого вопроса, необходимы исторические пояснения.



Влияние эмпиризма



Принятие Марксом экономических доктрин Адама Смита было типичным результатом интеллектуального порабощения многих народов английским эмпиризмом 18-го века, служившим основой мышления агента лорда Шелбурна Адама Смита. Агитаторам марксизма уже не приходилось прививать своим последователям эти убеждения, так как либеральные доктринеры уже давно пропагандировали либеральную софистику своим жертвам (самому Марксу в том числе) в детстве и отрочестве, в школах и пр..

Только что сказанное мною об эмпиризме верно, но следует с осторожностью связывать убеждения индивида с его собственными суждениями, будь то Маркс или любой другой человек. Принципы динамики говорят нам, что убеждения и поведение типичных членов общества, или вида, скорее коренятся в обществе или виде, чем являются результатом мыслительной деятельности индивида, за исключением выдающихся личностей и чрезвычайных ситуаций в обществе. Такие исключения, во благо или во зло, имеют место, но даже их чаще всего приходится воспринимать только как выдающиеся исключения – проявления индивидуальной человеческой воли.

О важнейшей особенности массового поведения я говорил выше в этой главе. Речь идет о систематическом исключении настоящего человеческого творчества из любых проявлений британского эмпиризма Адама Смита и др. в 18-го веке и дальше. Такое исключение типично для эмпиризма, при помощи которого так называемая наука и догмы Декарта распространились и стали основой массового поведения, проявляющегося в популярности и ньютоновской псевдо-науки и британской школы политэкономии. Эти убеждения вытекают из той же идеологии эмпиризма, которую использовал Адам Смит.[16]

В этом ключ к пониманию системного порока редукционистской концепции материализма Маркса, который Маркс почерпнул у английских авторов, составлявших основу «единственной экономической науки» – Фридриха Энгельса, Дэвида Эркарта из Британского музея, подручника Пальмерстона Джузеппе Мадзини, и других источников. Эти системные ошибки, лежащие в основе идеологий различных разновидностей марксизма, являлись непосредственными и важнейшими причинами ошибок в экономической политике Советского Союза, в отличие от его подходов к военному делу.

Последствия упрощенческих ошибок, включенных Марксом в свою методологию, созвучны эмпиристским (а позднее позитивистским) догмам, которые даже более широко распространялись в академических кругах во всем мире после усиления влияния экзистенциализма, и в особенности, после дионисийских бунтов 1968 года. В этой среде преобладали глупые априорные представления, что поскольку интересы промышленного капитализма управляли развитием общества отдельных стран, как об этом писали Адам Смит и другие приверженцы школы Хейлибери Британской Ост-Индской компании, современный империализм в любом виде является результатом определяемой этими экономистами промышленно-капиталистической «стадии развития». Таков априорный ошибочный взгляд на империализм, о котором я говорил в начале статьи, которого придерживались Ленин и ведущие немецкие социал-демократы.

Можно резюмировать: типичная ошибка социализма по Марксу заключается в усвоении распространенных, но неправильных идеологических установок относительно человеческих способностей, от которых зависит общественный прогресс. Сам Маркс принял идеологию, которая к тому времени уже цвела пышным цветом на фундаменте английского эмпиризма 18-го века – Джона Локка, Давида Юма, Адама Смита и школы Хейлибери Бентама.

Перед тем, как обратиться к главной теме следующей главы, необходимы несколько важных попутных замечаний. Рассмотрим юридический и практический смысл термина «империализм».



2. Наука и человеческая экология



После предварительных замечаний, вторая глава будет посвящена выявлению силы, ответственной за увеличение способности человека наращивать производительные силы труда и тем самым преодолевать уменьшающуюся (без этого) способность биосферы поддерживать рост физической производительности на душу населения и квадратный километр, а также компенсировать тенденцию истощения биосферы по мере роста населения и потребления.

Для подготовки к научному обсуждению, начнем с некоторых замечаний о природе и характерных чертах империализма.

Во-первых, как я уже говорил, вопреки утверждениям Ленина и прочих, «империализм» не является «стадией капитализма». Империализм, каким известен Европе, древнее Вавилона. «Финансовый империализм», как его окрестили немецкие социал-демократы и Ленин, намного старше тех явлений, которые последователи Маркса называли «капитализмом» или «социализмом». Он старше системы землевладения Шумера, где воины-землевладельцы и другие земледельцы были разорены безжалостными «долговыми акулами». Раз за разом древние, средневековые цивилизации и общества нового времени разрушались ростовщичеством. Оно было навязано странам Юго-Западной Азии для их саморазрушения. После смерти Рузвельта англо-голландский либерализм опутал сетями ростовщичества весь мир, в особенности это стало очевидно после разрушения Бреттонвудской системы в 1971-72 гг..

Разрушение Бреттонвудской системы в 1971-72 гг. и последующий за ним англо-голландско-саудовский сговор 1973 года, установивший господство в мировых финансах спотового рынка нефти, уничтожили контроль США над своей собственной валютой и превратили мировой валютно-финансовый доллар в игрушку в руках британской финансовой империи. Влияние системы, известной как английский империализм, антитезы подлинно национально государства, с того времени было определяющим фактором европейской истории.[17] Как писала Роза Люксембург, а позднее и Герберт Фейс, империализм есть просто реинкарнация англо-голландской тирании всемирной финансовой системы, основанной на возрожденной системе международных живодерских займов.

При любых обсуждениях современного мирового кризиса следует исходить из соображения, что нет существенного отличия в причинах мирового финансового кризиса, разворачивающегося с конца июля 2007 года и основными причинами обрушения Европы 14-го века в катастрофический общий кризис. Мы сейчас погружаемся во тьму средневековья, только тогда были международные займы, контролируемые венецианцами, а сегодня они замаскированы под финансовые деривативы.

Поэтому в связи с империализмом необходимо отметить следующее.

После падения династии Ахеменидов и усиления имперского Рима после второй Пунической войны, континентальная Европа, как в средиземноморском регионе, так и за его пределами контролировалась политическими и финансовыми структурами, идущими своими корнями к всплеску ростовщичества после разрушения системы землепользования Шумера под властью Вавилона, несмотря на достижения в период расцвета Багдадского халифата.

Нам нужно предотвратить повторение морального упадка, оказывавшего большое влияние на европейскую цивилизацию после февральского потрясения 1763 года, несмотря на определенную противоположную тенденцию – отзвуки ренессанса в «классический» период 1763-1789 гг., когда возросли симпатии к американскому делу и неприязнь к британской системе. В эти годы работали деятели немецкого Возрождения Авраам Кестнер, его студент Готхольд Лессинг, Моисей Мендельсон, Гете, Шиллер и француз Лазарь Карно, чьи традиции продолжали братья фон Гумбольдты, Иоганн Фридрих Гербарт и др. Проамерикански настроенное поколение времен, предшествовавших якобинскому террору и Наполеону, отражало влияние борьбы Северной Америки против морально коррумпирующих проолигархических традиций поведения, лежащих в основе декаданса, охватывавшего традиции европейской политической культуры.

Необходимо более подробно остановиться на важнейшем принципе физической экономики как науки. Принципы экономической науки, на которых основаны мои успешные прогнозы, начиная с 1956 года, подтверждаются последними событиями. Умные люди с определенным опытом, со смешанным изумлением и отчаянием обращаются к своим привычным взглядам на экономику, спрашивают меня: «Каким образом вы знали»? Некоторые никогда не обращаются к врачу по поводу своих болезней, пока страх не подтолкнет их в больницу. Обстоятельства подвели их к черте, когда, как говорится, «здравомыслящие готовы слушать».

Для меня нет ничего нового в болезни, о которой пойдет речь на этих страницах. Вопрос в глубине кризиса и радикальности мер по его ликвидации.



Принцип империи



Англо-голландские либералы, так называемая «Британская» империя, нагло ставят перед собой цель покончить с суверенными национальными государствами на планете, и как можно скорее. Кампания ведется под девизами «глобализации», «свободной торговли» и неомальтузианского «энвайронментализма» радикального толка.

Если такие звериные устремления не пресечь, на планете останутся жалкие остатки человечества, живущие в новом варварстве. Население будет много меньше миллиарда человек. Если нам удастся избежать атомной войны, имперские цели, открыто объявленные принцем Филиппом, герцогом Эдинбургским, будут достигнуты через поколение или два. Потребуются столетия, чтобы остатки человечества выкарабкались к жизни, отдаленно напоминающей цивилизованное существование до событий, надвигающихся сегодня.

Это ключ к пониманию масштабу опасности мировой стратегической ситуации, и почему силы англо-голландских идеологических наследников Паоло Сарпи представляют такую опасность для всего человечества.

Для понимания этой близкой угрозы необходимо извлечь уроки из моделей человеческого поведения в долговременной перспективе, со времен, предшествовавших образованию Шумера – со времен, предшествующих семи или более тысяч лет известной истории империй.

От Ахеменидов до варварской Британской империи и до наших дней, политическая власть в глобально распространившейся европейской цивилизации и цивилизации Передней Азии, в основе которых лежало ростовщичество, иногда прорывавшееся нарывами имперских эксцессов, таких, как «новый темный век» Европы – 14-ый век.

Типичным проявлением этой хронической патологии являются международные наркокартели под контролем англо-голландцев, например финансовые операции Джорджа Сороса, свившего гнезда во многих регионах мира, включая Голландские Антиллы. Сравните цены производителя опиума в таких регионах Азии, как Афганистан, с ценами на наркотики, поставляемые через связанные с английскими интересами сети на рынок – в Европе и США они уже в десятки тысяч раз выше. Такой гиперинфляционный механизм наркорынков в масштабах финансовых процессов в Германии 1923-го года и Европе накануне мрачного века 14-го века – важная составляющая системы таких представителей британских империалистических методов, как бывший председатель ФРС, мошенник Алан Гринспен.

У термина «империализм» есть более глубокий, научный смысл. Обратите внимание на совершенно необходимые концепции – концепцию «человеческой экологии», прямо противоположную бесчеловечным взглядам герцога Эдинбургского и его извращенного и порочного лакея, вечно опухшего бывшего вице-президента США Эла Гора.

Современный экономический кризис не есть результат распространения «американской рецессии», и вообще это не рецессия. Кризисом ненадежной ипотеки он никогда не был. Последние события показывают, и я об этом не раз предупреждал после выступления 25 июля 2007 года, что это всеобщий валютно-финансовый и реальный экономический кризис современной валютно-финансово-экономической системы планеты в целом. Поскольку я неоднократно говорил об экономических явлениях, ведущих к кризису, вопрос, который мне часто задают можно разбить на две части. Первое, откуда я знал? И второе. Почему специалисты не замечали то, что я предвидел, и описывал как долговременную тенденцию в течение последних пятидесяти лет?

Какими должны быть экономическая наука и экономическая практика в настоящее время?



Что такое «человеческая экология»?



Это подводит нас к физико-научным аспектам проблемы. Для иллюстрации ключевого аргумента этой главы, рассмотрим сравнительную экологию трех различных отрядов (по существу) живых существ: сумчатых, млекопитающих и людей.[18] Продвинемся в направлении научного рассмотрения физической экономики.

Динамику следует рассматривать в терминах последовательного ступенчатого развития методов Лейбница, Гаусса, Дирихле и Римана. Современные корни этих взглядов лежат в анти-картезианской динамике, а не в редукционизме эмпиристов картезианского толка. У сумчатых и млекопитающих качественно различные, но относительно (динамически) постоянные уровни потенциальной относительной плотности населения, в то время как потенциальная относительная плотность населения людей также динамична, но не имеет таких ограничений. Следует внимательно отнестись к этому вопросу и его значению в разворачивающемся общем экономическом кризисе.
[19]

Тема очень важна для исправления потенциально фатальных ошибок в работе экономистов, а также даже серьезных ученых-физиков. В сущности, речь идет об уникальной природе человеческого вида, лежащей в основе всякого знания человека о себе и вселенной.

Для иллюстрации этого факта обратите внимание на обстоятельства, в которых динамически доминировали сумчатые в Австралии до заселения материка англичанами, затем на процесс заселения ареалов сумчатых млекопитающими и людьми. В целом, вторжение млекопитающих в ареалы обитания сумчатых приводит к разрушению потенциальной структуры совокупности существ, составляющих популяцию отряда сумчатых, ведущему к их исчезновению (за исключением мусорщиков, таких как опоссумы).

Однако есть принципиальная разница в экологической динамике первых двух отрядов с одной стороны, и человеческим видом с другой. Экология человеческого вида не ограничена так, как экология сумчатых или млекопитающих. Члены человеческого вида не ограничены, по крайней мере, безусловно, наследуемыми генетическими детерминантами, определяющими низшие виды, как это имеет место в случае сумчатых и млекопитающих.

Понимание фундаментального отличия человеческого вида от всех других требует принятия точки зрения современной динамики, как ее определил Лейбниц и выразил в более развитом виде Риман. Без применения развитого Лейбницем и Риманом динамического подхода к определению потенциальной относительной плотности населения общества на квадратный километр любые рассуждения на эту тему некомпетентны. Антикартезианский смысл «Specimen Dynamicum» Лейбница, на который указывал Риман, помогает выявить природу наихудших ошибочных допущений, влияющих на политику и практику государств в наше время.

В российской академической науке этого вопроса касался академик В.И. Вернадский, динамически определявший биосферу и ноосферу.

Вкратце, человек может превысить пределы вместимости своего ареала так, как никакое другое животное. Качественное увеличение потенциала человеческой популяции обусловлено повышением качественного уровня поведения некоторой ведущей части вида до более высокого уровня динамической потенции. Такой прорыв можно приблизительно характеризовать как чистое повышение плотности потока энергии в процессе обитания человеческого общества в данном ареале.

Повышение потенциальной относительной плотности населения прогрессирующего общества предполагает открытие новых физических принципов, или же их художественных эквивалентов, как Лейбниц предвидел Римана в своей «Specimen Dynamicum». Он предвидел развенчание Риманом всех априорных определений, аксиом и постулатов общепринятой геометрии, от Евклида до будущих последователей поистине сатанинского Бертранда Рассела. Риман излагает суть аргументации на первых страницах и в заключении своей квалификационной диссертации. Для современной физики стало ясно, что эти принципы выросли из открытия Кеплером принципа мировой гармонии, лежащего в основе его открытия принципа всемирного тяготения. Наследственную связь подчеркивал Альберт Эйнштейн, и я вернусь к этой теме в настоящей статье.

Таким образом, хотя наследие Декарта (или, что то же самое, миф ньютоновой науки) сегодня лежит в основе университетской оппозиции Кеплеру, Ферма, Лейбницу и Риману, только благодаря предшественникам Римана мы имеем представление о принципиальной природе развития современной науки, включая попытки создать учение об экономике как одной из физических наук.



Почему нужно возвращаться к Кеплеру



Самый уместный пример – открытие Кеплером принципа всемирного тяготения, на уникальность которого обращал внимание Альберт Эйнштейн. Кроме доказательства принципа всемирного тяготения как такового, Кеплер доказал, что открытие любого универсального физического принципа свидетельствует о конечной вселенной, а не эвклидовой или картезианской, неопределенно протяженной. Речь идет о вселенной Кеплера-Римана-Эйнштейна, самоограниченной такими универсальными принципами, то есть, вселенной без внешних границ (поэтому конечной в эйнштейновом смысле).[20]

Такая точка зрения в рамках научного метода необходима для адекватного понимания с точки зрения физической науки мировой экономики, какой она известна историкам в ретроспективе или в том виде, в каком она есть сегодня.

Уникальная способность человеческого разума, способность совершать открытия принципов, отличает человеческий вид как категорию живых существ абсолютно отличных от всех низших форм жизни. В научно-функциональных терминах, в этом абсолютное отличие человека от сумчатых и млекопитающих.

Мы, люди, млекопитающие, и у нас нет каких-либо оснований предпочесть какую-либо другую форму бренного, биологического существования, но мы не просто млекопитающие. Мы умираем как млекопитающие, но живем сознательно в истории, которая предшествует, включает и будет продолжаться после нашей жизни, то есть, мы обладаем бессмертием квазиживого сознания – способностью, которую людям дано вызвать в себе, тогда как такие исторические соображения не действуют ни на одно другое млекопитающее.

Нам доступно бессмертие, если мы можем до него подняться, бессмертие особого типа в качестве остающихся в памяти личностей, принадлежащих виду, совершенствующемуся в исторической перспективе, не биологически, но духовно через поколения, в качестве творческих существ – как было сказано, по подобию Создателя. Этой характерной особенностью человеческого вида практически исчерпывается то, что нужно знать при рассмотрении предмета этой работы.
[21]

Это отличие человека находит важнейшее физическое выражение в том, как концепция универсальных физических принципов выводит человеческий разум за пределы наследственных характеристик вида, общих для всех низших форм живых существ. Это отличие можно наблюдать только в творческих умственных силах человека, но ни в каких-либо низших формах жизни. Любой компетентное научное и политическое мышление об экономике зависит от умения проникать в следствия этого уникального отличия в развитии потенциальной мощности индивидуального человеческого разума.

Критически важный принцип изложен еще в древних классических греческих открытиях в сферической геометрии. Он известен современной математической физике как онтологически бесконечно малая Лейбница, Римана, Эйнштейна, и др. Это онтологически бесконечно малая дифференциального исчисления Лейбница, в отличие от мифических, неверных и чисто математических бесконечном малых, связанных с дифференциальным исчислением Эйлера-Лагранжа-Коши, основанного на ложных априорных допущениях Эвклида и других.

Идея онтологически бесконечно малой выражает истинный универсальный принцип, такой как принцип всемирного тяготения, сформулированный Кеплером в его «Гармонии мира». Такой принцип соответствует принципу вселенной, как подчеркивал Эйнштейн, говоря о значении Кеплера.
[22]



Решающий принцип



Для Кеплера современная европейская наука связана с работами Николая Кузанского. Она берет начало с «De Docta Ignorantia» («Об ученом незнании»), которую следует рассматривать как основу современной компетентной физической науки. Важнейшим является факт, что наши органы чувственного восприятия составляют часть биологического аппарата со свойствами инструментов. Их человек получает от рождения. Зрение и слух являются основными средствами, но как показывает случай Елены Келлер, не единственными.

Эти функции аппарата сенсорного восприятия вызывают у нас сомнение в сенсорном восприятии как таковом. Хотя оно необходимо для нашего вида, оно дает всего лишь самоочевидное наивное представление нашей связи с вселенной, в которой мы живем. Самое яркое подтверждение значения этого парадокса приводит Кеплер в «Гармонии». Следует обратить особое внимание на четвертую книгу.

Как знают те, кто внимательно изучали труды Кеплера, открытое им определение отношений орбит Солнца, Земли и Марса принципом онтологической, а не математической бесконечной малой, приведенное в Новой астрономии, привлекло внимание Кеплера к гармонически упорядоченным отношениям планетарных орбит известной в то время Солнечной системы. В исследовании случая Кеплера моими коллегами,[23] восстановление процесса, как Кеплер открыл общий принцип всемирной гравитации, освобождает человека от научных жульничеств последователей неокартезианских ньютоновских обманов. Учитывая указанный момент в мысли Кеплера, выводы Эйнштейна по этому вопросу совпадают с антимаховской работой Макса Планка, так что взгляды Эйнштейна на работы Кеплера с точки зрения динамики Римана дают нам одно из основополагающих утверждений о самих основах адекватного понимания современной науки в целом.[24]

Работа Эйнштейна является достижением в смысле науки и истины, что легкомысленно не замечают софисты современной университетской науки. Главное и важнейшее в этом для борьбы с современным всеобщим экономическим кризисом – редукционистская привычка принимать математические формулы за принципы природы.

В истории европейской науки от пирамид в Гизе, сферической геометрии пифагорейцев и Платона, важнейшим в идее науки был вопрос, является ли то, что наши органы чувств сообщают нашим когнитивным процессам исчерпывающей характеристикой той действительности, которую мы воспринимаем нашими органами чувств. Из этих древних научных источников, из работ Римана, Эйнштейна, Планка и работ Вернадского о биосфере и ноосфере, а также случая Елены Келлер, следует, что человеческий разум, а не органы чувственного восприятия является основой для разумной деятельности, в результате которой человеческий вид добился того, на что не способен ни один другой живой вид: увеличения потенциальной относительной плотности населения без обозримых пределов.

Правда, что для упорядоченного исследования опыта наших чувств необходима математика, но серьезной ошибкой было бы считать, что математические формулы являются онтологически верным выражением некоего физического принципа.

Ту же проблему представляют искусственные инструменты, которые не только помогают исследовать экспериментальные данные, но, как в случае субатомной микрофизики, являются искусственными органами, дополняющими астрономические и микрофизические способности обычного чувственного восприятия.



Например, музыка



Возрастающая зависимость от цифровой записи и воспроизведения классической музыки, вместо аналоговой ставит перед нами сходные и очень показательные проблемы. Эта замена не является и не может быть успешной по причинам, связанным с физическим принципом. Для музыканта со слухом ясно, что упорядочение отношений классического контрапункта человеческом ухе с аналоговой организацией, особенно при исполнении классического контрапункта относится к другой физической кривизне слухового пространства-времени, нежели цифровое упорядочивание. Я привел этот пример для того, чтобы показать, что простые математические формулы не описывают вселенную. Любое цифровое математическое описание опыта чувственного восприятия является жалкой тенью физической реальности. Цифровую систему можно услышать, но является ли слышимый звук человеческим?

Таким образом, проявление любого такого принципа выражается как будто в бесконечно малом и, в то же время, он также действует универсально; но в отличие от взглядов Муавра, ДАламбера, Эйлера и Лагранжа, это не «математически бесконечно малая», но выражение истинного (онтологически действенного) универсального физического принципа. Принцип можно сформулировать математически, но только в виде образа принципа, не его создания как концепции в человеческом сознании. Последнее является универсальным и физически действенным и проявляется в любом кратчайшем времени действия, временем, которое всегда меньше самого утонченного математико-физического анализа времени действенного физического действия.[25]

Из этого вытекает универсальная физическая геометрия, в которой открываемые принципы связывают вселенную действий. Открытия Кеплера означают (и в связи с этим Эйнштейн обратил внимание на гениальность Кеплера): вселенная организована так, что ее расширение конечно (ограничено собственными универсальными физическими принципами), но она также расширяется в смысле открытия этих принципов, или даже создания новых.

У животных есть своя судьба, но в отличие от животных и глупых лакеев британских империалистов, природа наделила нас способностью выбрать лучшую судьбу, как говорит об этом пророк книги Бытия. Мы можем относиться к открытию этой лучшей судьбы как к делу принципа, и действовать так, чтобы предпосылки ее создания реализовались.



Искусство и наука



Чтобы продвинуться с этой концепцией на шаг вперед, следует развенчать распространенную точку зрения о герметичной изоляции физической науки от классического художественного сочинения. На практике то, что мы часто считаем взаимно непроницаемыми состояниями разума, основано на единых универсальных принципах. Пример тому – успех открытия всемирного тяготения Кеплером зависел от по существу музыкальных принципов, которые соответствуют принципу контрапункта Баха и его последователей.

В физической науке человек практически исследует внешнее, в физико-геометрических терминах Римана, по отношению к процессам сознания и чувственного восприятия нашего вида. В случае классического художественного произведения и исполнения действует другой механизм: вместо изучения природы вокруг нас наше внимание сосредоточено на том, как человеческий разум видит процессы, в ходе которого он овладевает всей областью осознанного воздействия разума на разум другого человека – и таким образом человеческий разум направляет свое творческое понимание на исследование поведения самого себя в связи с властью человеческого вида над физическими основаниями бренной человеческой жизни. В великом классическом искусстве исследуются интеллектуально-социальные функции индивидуального человеческого разума, например в рамках метода фугового и другого контрапункта, развиваемого великими композиторами и исполнителями классической музыки после Баха. Предшественник Кеплера Леонардо да Винчи также олицетворял данный принцип.

Человек царит во вселенной, и его знание о вселенной является осознанным пониманием значения приобретения им самым этого знания. Истинным предметом науки является человек и его Творец.



Капитализм: важное попутное замечание



Идея «капитализма», в отличие от конституционных намерений таких президентов США как Вашингтон, Линкольн и Франклин Рузвельт, существует только как причудливое проявление англо-голландских либеральных языческих религиозных верований. (Поэтому существует неизбежный конфликт между так называемым капитализмом и Христианством.) Лекарство от таких суеверных верований можно найти в работах таких основателей американской конституционной системы, как министр финансов США Александр Гамильтон. Он писал об эксцентричных языческих обычаях жалких голландских трусов. Конституционный принцип, на котором основана американская республика был отрицанием классовой системы прежней и современной Европы. К сожалению, идеалы конституционной системы США в последний период стали жертвой поразительного отсутствия популярности в руководящих кругах США.

Адам Смит, яростный ненавистник США, и холуй лорда Шелбурна, в своем Богатстве наций, направленном против оснований республики и антибританской направленности декларации независимости США, открыто призывал к уничтожению молодой американской республики. Никто из американских граждан, защищающих Смита после этого не может считать себя патриотом США.

Среди основных сторонников американского дела в 1776 году и позднее среди просвещенных коронованных особ Европы и прочих европейцев, таких как маркиз де Лафайет, было распространено желание, чтобы успех американцев в 1776-1789 гг. стал моделью гуманистических реформ систем правления, которые они возглавляли, или занимали ответственные посты. Эти европейцы справедливо видели нас пионерами гуманистических реформ, но не обязательно «капиталистических», которых они хотели для своих народов. Мы были символом их стремлений.

Самой желанной из всех гуманистических реформ было освобождение огромных масс народов Европы от тысячелетней системы подчинения, основанной на вечном невежестве, как Эсхил писал в «Прикованном Прометее» о запрете олимпийского Зевса на распространение огня научного прогресса среди порабощенного народа. Европейские государственные деятели, ученые и поэты, проникшиеся наследием великого экуменического Флорентийского собора, приведшего в движение европейскую цивилизацию на руинах феодализма, стремились к улучшению положения и образования народа, ответственность за который они чувствовали.

Те же мотивы, что вдохновляли основателей США и тех, кто помогал им в сопротивлении брутальной англо-голландской либеральной имперской системе, созданной в феврале 1763 года, остаются актуальными и сегодня. «Капитализм» не более чем обманчивое, глупое слово, отвлекающее внимание от реальных, живых проблем, с которыми сталкивается человечество в целом. Экономическая система США, созданная министром финансов Александром Гамильтоном и которую защищал президент Рузвельт, это совершенно другая система, за которую боролись все величайшие патриоты США. Забудьте грязное английское слово «капитализм».



Экология как экономика: эмпиризм



После окончание Второй мировой войны появились предложения вместо слова «экономика» использовать «экологию». Среди тех, кто считал экологию основой экономики не было ясности, на каких принципах строить аргументацию, хотя, с моей точки зрения, тон задавала линия Джулиана Хаксли, внука известного англичанина Томаса Хаксли, давшего толчок карьере фашиста по своей сути Герберта Уэллса. Более осмысленное использование термина «экология» по отношению к аспектам поведения человека состоит в подчеркивании категорического отличия физических принципов, характерных для экологии человека в отличие от любой подкатегории экологии простых животных, или же понятий народных хозяйств как подвластных по существу денежным системам.

Врагом американской республики в «старой Европе» и в областях влияния европейского империализма по всему миру является идеология. Это идеология эмпиризма, прослеживаемая со времен венецианского реформатора Паоло Сарпи при его жизни и его главного холуя Галилея. Отрицание существования познаваемой истины в вопросах физической науки и других сферах человеческого знания было хитрейшим ходом, лишавшим людей защиты принципов, заявляя, что никаких принципов не существует.

Украли ваши деньги, а потом говорят, как сегодня говорят уолл-стритовские или английские проходимцы: «какие деньги»?

Экология, как ее сегодня трактуют, показала себя силой зла.

На практике, министр финансов США Поулсон убедительно показал, что собственной ценности деньги не имеют. Нельзя привести никаких полезных выводов из попыток объяснить поведение реальной экономики на основе придуманных монетарных принципов.

Исторически, значение денежной системы имеет только для ростовщичества, высасывающего кровь из реальной экономики любого суверенного государства и правящего извне. И в этом фундаментальное отличие конституционной экономической системы, на которой основана федеральная конституция США от империалистических по смыслу своему финансовых систем в парламентских традициях управления в Европе, до наших дней.

Для сохранения здоровой экономики республики государство должно от рождения обладать монополией над выпуском денег и связанными с ним процессами денежного обращения, что и предполагает конституция США. В Европе, даже когда валютная система вступает в торги с государством по поводу распределения сфер контроля, власть над деньгами является частной монополией наднациональных валютных систем.

Наднациональный, ростовщический характер типичной европейской валютной системы является ключом к пониманию отличий традиционной системы парламентского представительства от истинно республиканской американской конституционной системы. И в той степени, в какой США поступились принципами конституции во имя структур, более приемлемых политико-эконономическим моделям европейцев, в такой степени США продали собственное первородство. США всегда несли потери, когда шли на компромисс с империалистическими валютными системами и подходами «старой Европы».

Источник исторических неудач европейских систем лучше всего виден, среди современных европейских систем, на примере попыток реформ пятой республики во Франции во времена де Голля. Сама его жизнь постоянно была под угрозой, за ним охотились наемные убийцы империалистической валютно-финансовой системы британской монархии. Такими же фашистскими угрозами веяло во время последних президентских выборов в США, которые сверху донизу контролировали англичане – финансированием и управлением выборной кампанией с февраля 2006 года.

Экономическое и конституционное различие юридических механизмов и практики конституционной системы США и парламентской Европы заключается в том, что американская конституция требует фундаментальной власти США, как суверенного государства, над выпуском и обращением денег и других видов общественного кредита. В этом фундаментальное отличие оригинальной Бреттонвудской системы по Рузвельту и совершенно противоположного устройства системы под руководством вульгарной марионетки британского империализма президента Трумэна.

Подытожить: экономика США основана на конституционном принципе общественного кредита, а типичный европейский парламентский режим является практически заложником европейских валютных систем в империалистической традиции.

Судьбам всего человечества угрожает сегодня хищническая тирания империалистических валютных систем, правящих по всему миру.



В результате…



Под влиянием соответствующих британских группировок и практических «жителей колоний» нашего дня – идеологических холуев британских империалистических интересов в самих США, дебаты на тему экологии развивались по линии деятельности тех англо-американских сторонников геноцида, которые раньше внесли свою лепту в поощрение движения евгеники. К их числу относятся неомальтузианские организации – Римский клуб и его ближайший союзник – базирующийся в Лаксенберге (Австрия) Международный институт прикладного системного анализа, возникший как ответвление Программы системного анализа Кембриджского университета, связанной с влиянием Бертрана Рассела.

Влияние Рассела после его появления на сцене в 1890-х годах, ознаменовало собой последовательные фазы моральной и интеллектуальной дегенерации физики и других наук. Дегенерация происходила последовательно, начиная с работ позитивиста Эрнста Маха. Влияние Маха, связываемое с дегенерацией физической науки до простой механики, стало движением вниз, определившим известные научные препирательства в Берлине и Австрии во время Первой мировой войны. Влияние Маха было максимальным во время Первой мировой войны, на смену ему пришла еще большая дегенерация под влиянием «Principia Mathematica» Рассела, ставшей доминирующим направлением британской идеологии радикал-эмпиризма (позитивизма) в период Сольвейских конференций 1920-х годов.[26]

Примечательным моментом биографии Рассела является его кампания в духе Уэллса за неспровоцированную атомную войну против СССР. Рассел, защищавший эту идею на протяжении 50-х годов и позднее, тем не менее добился определенных соглашений с советским правительством Н.С. Хрущева. Это произошло под эгидой организации Рассела, отвратительного политического варева под названием Мировая ассоциация парламентариев за мировое правительство. Вместе со своим протеже, причудливо сумасшедшим Лео Сцилардом, Рассел был главным сторонником эскалации ядерного противостояния в конце 50-х и начале 60-х годов.

Общий характер сотрудничества Рассела и Уэллса со времен личного знакомства и соперничества в 1890-х годах, когда Уэллс стал ведущим фабианским стратегом развязывания Первой мировой войны, после их пакта об общих целях, заключенного после публикации в 1928 году Открытого заговора Уэллса, основывался на том, что оба оставались британскими имперскими утопистами. Они всегда стремились, как неоднократно о том говорил сам Рассел, придумать нечто, что обеспечило бы господство Британской империи «до скончания времен». Эти же англо-голландские либеральные имперские цели преследует, после смерти ветерана СС голландского принца Бернхарда, его соратник-заговорщик принц Филипп через свой Всемирный фонд дикой природы, выступающий за геноцид, как инструмент глобального неомальтузианского движения.

Это истинное имперское лицо главного врага человечества. Их утопические планы распространяются на весь мир, например предложение принца Филиппа в духе Рассела сократить население Земли от шести с половиной миллиардов человек до двух миллиардов. Моральной разницы между ними и Гитлером нет, за исключением того, что эти англичане и их единомышленники в мире могут победить, если народы мира не объединятся и не пресекут эти преступные планы.

Их замыслы массового геноцида не имели бы успеха без потворства международных кругов, объединившихся вокруг таких неомальтузианских проектов как Фонд дикой природы или жульничеств холуев принца Филиппа, таких как бывший вице-президент США Альберт Гор.

Объявляя себя гуманистами, эти сети зла ставят перед собой те же цели, что движение Гитлера начиная с 1920-х годов, и если их не остановить, они прибегнут к тем же и худшим средствам для имперского сокращения населения. Эти злые умыслы являются сутью лихорадочного ажиотажа вокруг «борьбы за сохранение окружающей среды». Если проанализировать последние десятилетия существования СССР, с начала якшанья с Расселом и ему подобными в 50-е годы, и влияние мальтузианских кембриджских проектов, основанных на системном анализе, видим следующее. Вот это идеологический яд, который заражал и разрушал советскую систему изнутри, сверху донизу, по мере приближения ее конца.

Мировые дела, дела в экономике дошли до момента смертельной угрозы последнего кризиса цивилизации в целом.

Опыт последних двух последних президентских сроков в США показывает, что хотя опасность ядерных кошмаров остается реальной, разрушение планеты более вероятно произойдет в результате терпимости к утопическим проектам финансистов, таким как «глобализация». Эта терпимость означает самоубийственное скатывание в чудовищный, планетарный «темный век», похожий, но еще худший, чем то, что устроили в феодальной Европе 14-го века венецианские финансисты из Ломбардского банковского союза. Тогда всего за одно поколение население Европы сократилось на одну треть. В этот раз, если это допустить, погибнет 80% населения Земли.

Использование атомного оружия и прочие ужасы окажутся побочными эффектами.

Наша общая стратегическая задача состоит в принятии конструктивных экономических и социальных мер для предотвращения надвигающейся мировой катастрофы. До ада уже рукой подать.



3. Откройте новый мир



Распределим изложение предлагаемого программного подхода к немедленному началу подъема мировой физической экономики по следующим основным категориям.



А. Новая глобальная Бреттонвудская система



Современные финансовые системы мира являются безнадежными банкротами, когда рассматривается вся совокупность номинально находящихся в обращении активов и обязательств каждого государства или региона мира. Хотя мы должны принять решение, выборочно, о сохранении законных элементов среди номинальных активов, в отношении которых предъявляются требования, чисто номинальные требования, большинство которых (в том числе финансовые деривативы) по существу представляют собой всего лишь игорный долг нужно просто отбросить как мусор. Любая возможность выживания цивилизации зависит от установления этого условия.

Следует вспомнить, что, несмотря на приговор Майклу Милкену, вынесенный в свое время федеральными властями США, бывший глава Федеральной резервной системы Алан Гринспен высвободил тот поток финансовых деривативов (теперь их номинальная стоимость исчисляется как минимум квадриллионами долларов), который является основной движущей силой глобального финансового кризиса, переживающего сегодня фазу ускоренного движения к коллапсу. Этот и без того чудовищный кризис усугубился безумными попытками, под руководством правительств США и Британии, субсидировать такие чисто номинальные активы за счет других, возможно, законных авуаров и требований международной финансовой системы.

Хотя, как в своей международной интернет-конференции 25 июля 2007 г., я уже предупредил о близком начале общего кризиса мировой валютно-финансовой системы и обрисовал законные действия правительства США, которые могут поставить этот кризис под контроль, соответствующие федеральные законодательные и исполнительные органы власти не только не сумели совершить эти указанные им действия, но и приняли прямо противоположные меры, которые не могут дать никакого иного результата, кроме как разрушить доверие к возможному восстановлению уже обанкротившейся мировой финансовой системы в целом.

Ситуация подошла к той точке, в которой только крутые чрезвычайные меры, принимаемые группой ведущих правительств мира, могут затормозить ускоренное обрушение валютно-финансовых систем мира.

Но если эти чрезвычайные меры, которые я предписал, будет приняты достаточным числом ведущих стран мира, а также некоторыми другими странами, то лекарства имеются. Такие чрезвычайные меры требуют инициативы со стороны некоторых ведущих держав для использования авторитета, имплицитно присутствующего в совместных усилиях большого числа ведущих национальных держав мира, чтобы заставить мировую валютно-финансовую систему пройти реорганизацию через банкротство.

Любые переговоры, которые не начинаются с этого конкретного первого шага, приведут к гораздо худшей катастрофе, чем уже разворачивается. Худшее, что можно сделать теперь, это созвать импровизированную «новую Бреттон-Вудскую конференцию», которая станет винегретом дебатов дипломатов по разным точкам зрения. Если прибегнуть к такой изначально обреченной на провал попытке, то доверие к любому последующему грамотному действию будет уничтожено заранее – и мир в целом более или менее гарантированно погрузится на ближайшие столетия в предстоящую экономическую версию ада.

По моему сценарию, мы должны начать с мер, которые включают процесс отказа от форм того, что правильно воспринимается как финансовый мусор. Мы должны принять эту меру в качестве предосторожности, от лица других, легитимных с нравственной точки зрения требований – законных вкладов граждан и функционально устойчивых активов полезных государственных или частных институтов. Те сегменты современной мировой валютно-финансовой системы, которые по своей природе устойчивы и принципиально важны для экономического здоровья наций, должны быть оставлены группой властей для правовой защиты государства. После этого оставшиеся номинальные требования могут уйти в тот же потусторонний мир, где – в США – сегодня до сих пор благополучно почиет в вечном мирном забвении номинальная валюта бывшей британской марионетки, Конфедерации.

Все требования в отношении финансовых деривативов, например, должны быть просто преданы забвению, поскольку они ничем не лучше долгов игрока в прогоревшем казино финансовых деривативов Алана Гринспена. Попытка запугать правительства и остальных людей заявлениями о том, что все финансовые требования всех финансовых организаций (за исключением рядовых граждан и физически производительных предприятий) должны быть удовлетворены более-менее в равном размере, нужно считать простой трескотней. Что эффективное правительство действительно должно защищать при помощи режима банкротства – так это все финансовые требования, которые можно защитить, не разнося физической экономики мира в пресловутые дребезги. Любая компенсация, ошибочно предоставленная недавними действиями правительства – возможно, незаконными, – должна быть возвращена жертве как можно быстрее, кем бы ни был незаконный получатель таких пожертвований. В частности, в соответствии с этим же общим правилом все доходы от торговли наркотиками, в отношении которых государством могут быть приняты меры, должны быть конфискованы и переданы наиболее вероятному благополучателю как можно быстрее.

В процессе финансовой реорганизации законные требования должны теперь найти безопасное местонахождение в ходе общей реорганизации финансовой и кредитной системы. Это место должно в обычных случаях быть обеспечено созданием новых кредитных систем, в рамках которых законные требования бывших валютных систем должны удовлетворяться в соответствии с законными условиями и намерением таких национальных конституций, как наша собственная Конституция США; и таким образом, они должны обеспечиваться защитой в соответствии с законными условиями новой международной кредитной системы.



В условиях новых кредитных систем

Взаимосвязь между вновь образованными национальными кредитными системами и предполагаемым бесперебойным выполнением законных и необходимых экономических и сопутствующих функций должна быть введена в действие как если бы это делалось «в один прием».

Осколки уже разбитой, обанкротившейся мировой валютно-финансовой системы нужно переработать именно таким образом. Это радостное преображение нужно провести в жизнь таким образом, чтобы относительно свободная часть человеческих и других функционально ценных ресурсов была как можно быстрее перенаправлена в новое пространство физически производительного сектора. На первых порах это произойдет в основном при помощи финансируемых государством общественных работ.[27] Назначение этой начальной переходной фазы должно состоять в том, чтобы как можно скорее довести экономику каждой страны по отдельности и всех стран вместе до уровня, превышающего уровень физико-экономической равновесности затрат и дохода по стандарту эффективности знаменитого капитана-колониста Джона Смита,[28] используемому, будем надеяться, как если бы никакого временного отказа системы не произошло.

Для этой цели должен быть использован замысел, выраженный в соответствующей норме Конституции США, в которой говорится о выдаче законного кредита национальным правительством.

В этом переходе от надвигающейся экономической смерти государств нашего мира мы, единое сообщество государств, должны действовать для того, чтобы принести новую жизнь всем и каждому желающему этого государству. Эта защита должна быть создана так, как в модели Бреттонвудской системы в том виде, в каком эта кредитная система была предусмотрена президентом Франклином Д. Рузвельтом в 1944 г., а не как ядовитый британский («кейнсианский») компромисс с британским имперским монетаризмом, заключенный при президенте Трумэне.

Замысел Трумэна, как это четко проявилось после смерти Рузвельта, состоял в уничтожении антимонетаристского антиимпериалистического наследия Рузвельта настолько быстро, насколько это могло быть допустимым. О выбранном вместо этого монетаристском зле договорились президент Гарри С Трумэн и Британская и другие империи, которые президент Франклин Рузвельт намеревался уничтожить, так как был полон решимости, чтобы мы могли освободить мир от зла англо-голландского империализма. По сути, признанное замысел Рузвельта заключался в искоренении источника двух великих войн, от которых недавно пострадало человечество.

Миссия реформы

По сути дела, у президента Франклина Рузвельта был тот же замысел, который я заявляю сегодня здесь. Мы должны выйти за рамки ограниченного общего замысла Вестфальского мира 1648 г., обусловившего всю приличную жизнь на этой планете, и возродить замысел 1648 г., но добавить к нему другие положения, необходимые для движения к установлению всемирной политической системы, при которой только абсолютно суверенные нации-государства имеют легитимную власть – каждая из них в качестве законной «личности» суверенной нации.

Ограниченное юридическое назначение создания такой системы среди наций-государств – не предписывать внутренние дела государств, как это делают имперские системы, а устанавливать лишь основные особенности отношений между членами этого сообщества суверенных государств. Иными словами, все остатки зверств этой новой Вавилонской башни, называемой «глобализация», сегодня нужно выкорчевать и уничтожить.[29]

На месте ликвидированных таким образом предыдущих законов должен быть заново установлен некий принцип.

Покончить со злом либерализма

Следует отметить, в интересах необходимых реформ потерпевшей крах мировой валютно-финансовой системы, что современный европейский либерализм есть продукт инициатив Паоло Сарпи, который основал систему современного либерализма на возрождении дикого иррационализма средневекового автора Уильяма Оккама.

Вопреки фактам часто утверждали, что Сарпи освободил находившиеся под его влиянием некоторые части Европы от варварства узкой группы его оппонентов на Трентском соборе. Совсем наоборот. Правда, Сарпи менял способ, при помощи которого выбирал свои мишени, но – как свидетельствует Тридцатилетняя война 1618-1648 г. – бойня, порожденная либерализмом Сарпи, продемонстрировала столько же сатанинской похоти, сколько и бойня при тирании Габсбургов.

При наследии Сарпи не было и не могло быть достойного выражения нравственности. Аксиоматическая особенность либерализма Сарпи и идеологических последователей Оккама состоит в том, что-либо на этой планете не существует никакой нравственности (и даже выявляемых физических законов вселенной), либо, даже если такая нравственность существует в научном факте, ее не потерпят. Для либералов, вышедших из идеологического чрева Сарпи, существует не истина, а лишь целесообразность.

При либерализме какое бы явление ни воспринималось более или менее официально как общепринятое, оно заменяет собой любое подлинно принципиальное понятие нравственности. У каждого человека есть право выбрать, что называть «нравственностью», и даже навязать свой циничный выбор, если он чувствует, что у него есть для этого власть. Это может даже дойти до фарисейского утверждения разрешения на убийство любого, кто может выразить несогласие, как в тюрьме Гуантанамо.

Нравственный беспорядок оккамовского либерализма Сарпи становится особенно ясным, когда дело доходит до принципов физической науки.

«Зомби едят наших детей!» Это восклицание довольно хорошо описывает ужас действительно нравственных людей, выражающих ту степень их потрясения практически людоедским распространением панического массового помешательства, которое называют неомальтузианским «энвайронментализмом». Флагелланты в «новом темном веке» – XIV столетии – были не более безумны, чем так называемые «энвайронменталистские» культы сегодня. Проще говоря, либерализм и настоящая человеческая нравственность – антагонисты по своей природе.

Попытки пропагандировать нравственность и подлинную науку могут нередко конфликтовать между собой, но их можно объединить неустанным стремлением к здравому смыслу. Они не подвергают риску свои различия, но объединены принципами, основа которых имеет ту же природу, что и открытие всемирного тяготения Иоганном Кеплером.

Дух самой реформы

В любой великой классической композиции – такой, как композиция Людвига Ван Бетховена – или в великой классической драме план композиции начинается с создания верного образа реальной вселенной в умах предполагаемой аудитории с самого начала. Великая классическая композиция, будь то поэма, песня, драма или картина, отражающая принципы поздних творений Леонардо да Винчи или Рембрандта, создает в уме композитора или исполнителя такой вид вселенной, что для сознания аудитории совокупность разворачивающихся в дальнейшем событий происходит в пространстве человеческом, созданном в самом начале.

Примером служит первая строка или первая строфа классической поэмы, построенной на принципе Motivführung.[30] Или возьмите «В защиту поэзии» Перси Б. Шелли либо всю полноту гениального развития зрительных и звуковых образов на протяжении огромного пространства истории в «Оде к греческой урне» Джона Китса.

В качестве примера прозаического произведения возьмите замечательно мощный отрывок из заключительных абзацев «В защиту поэзии» Шелли: «Поэзия – самая верная вестница, соратница и спутница великого народа, когда он пробуждается к борьбе за благодетельные перемены во мнениях или общественном устройстве. В такие времена возрастает наша способность воспринимать и произносить высокое и пламенное слово о человеке и природе. Те, кто наделен этой силой, нередко могут во многом быть, на первый взгляд, далеки от того духа добра, провозвестниками которого они являются. Но, даже отрекаясь от него, они вынуждены служить тому Властелину, который царит в их душе» (пер. З. Александровой).

Отрывок, который я только что процитировал, готовит сцену в том виде, в каком она должна появиться при открытии занавеса драмы. То, что следует дальше, как об этом пишет Шелли,
[31] определяет экспозицию драмы.

В классической драме, какой бы ни была ее основная тема, или в песне из классического репертуара развитие драмы находится в границах контекста, созданного в ее начале. Punctum saliens [решающий момент] ее развития исходит из границ и проходит в границах темы и территории, определенных в начале.

В этой структуре классической драмы мы видим Творение, как Альберт Эйнштейн охарактеризовал вселенную, открытую Иоганном Кеплером. Есть начало Творения, затем происходит развитие на сцене воображения аудитории, как Эйнштейн определил кеплеровскую вселенную, которая является конечной и неограниченной. Все научные и аналогичные проявления подлинного творческого начала человека имеют это общее проявление.

Таким образом, настоящим предметом всей композиции (в том числе квалифицированное управление государством) – ее завязки, развития и завершения – должно быть страстное движение понятий, при этом каждое из них и все они вместе определены в особой вселенной этой художественной композиции, которая есть процесс трансформации интеллектуального пространства, имплицитно ограниченного, как идея, завязкой.

Если этот замысел композиции в целом не воплощен, то либо автор, либо исполнители потерпели неудачу.

Искусство управлять государством во многом похоже на классическую художественную композицию и ее исполнение. Конфликт одного государства с другим сам по себе есть хаос и безрассудство. Определение конфликта между государствами как единой концепции необходимого развития событий характеризует развитие человечества от кошмара войн и братоубийственных распрей, которые разодрали цивилизацию, от известных начал к сегодняшнему дню. Это состояние прозябания, лекарство от которого нужно предлагать, переходя от реальной сцены, где конфликт между разными силами вступил в начальную сцену драмы. Только таким образом, посредством определения устройств права или классического искусства, может процесс, ужас которого не поддается выражению, быть концептуализирован аудиторией драмы как единственный образ, единственная идея преображения.

Сегодня перед всеми нами разворачивается такой современный ужас, который требует такой перспективы, такой творческой миссии.

Ориентация на миссию

Цивилизация в целом сегодня держится на сочетании следующих действий, которые совместно совершают четыре и больше ведущих нации-государства планеты. Ни одной другой силе нельзя изначально доверять необходимые инициативы по устранению проблемы. Совершенно очевидно, что четыре ведущие державы это США, Россия, Китай и Индия. Их разнообразие и, в частности, огромное население азиатских держав – вот их источник силы и авторитета для соответствующего согласия на соглашения. Без этих конкретных четырех держав сегодня нельзя ввести ни одну эффективную реформу; если эта роль четырех держав не будет вызвана к жизни, то затяжной новые темный век для всей планеты станет теперь почти неизбежным.

При назначении этих четырех держав на роль согласного организатора объединения суверенных государств в целом для общей работы по проведению реформ важнейшими соображениями являются следующие.

Только Конституция США сегодня обеспечивает заданные конституциональные механизмы, обеспеченные одной из основных держав среди наций мира, для установлений новой Бреттонвудской системы такого вида, который сможет справиться с разворачивающимся перед нами чудовищным мировым финансовым кризисом.

Основной механизм, необходимый для этой цели, это подразумевающееся только в конституции США отвращение к действующей сегодня разновидности международных независимых или квази-независимых валютно-финансовых систем и предпочтение национальных кредитных систем. В соответствии с конституцией США выдача валютных и связанных с ними государственных кредитов есть монополия правительства. Эта особенность конституции одной из крупнейших мировых держав, США, обеспечивает остро необходимый механизм для создания новой мировой кредитной системы при помощи договоров США с указанными державами и другими государствами.

Поставлен безотлагательный, срочный практический вопрос: необходимо создать регулируемое государственное кредитование между государствами – в основном для долгосрочных капиталовложений в занятость, производство огромных новых физических активов базовой государственной и частной экономической инфраструктуры, включая учреждения здравоохранения и образования, сельское хозяйство и промышленность. Такие капиталовложения увеличат чистые, материальные производительные силы труда каждого из государств и их общих проектов, до физически максимальной возможной степени, их способность довести чистый продукт мирового сообщества в целом до уровня требований экономической и связанной с ней безопасности абсолютно суверенных наций-государств мира.

По практическим причинам такое обновление мировой экономики, подорванной деструктивными переменами в политике государств с августа 1971 г., требует начальной концентрации усилий по восстановлению экономики на государственных инвестициях в основную инфраструктуру экономики. Это необходимое предварительное условие для чистого физического роста каждого государства в мире и всех их вместе.

Без работы, сходной с долгосрочной «ускоренной программой», которая связана с практикой 1933-1945 гг. в период президентства Франклина Д. Рузвельта, спасение планеты от сегодняшней угрозы нового средневековья будет нереальным.

Таким образом, сегодняшняя мировая валютно-финансовая система должна быть заменена новой глобальной системой государственного кредита такого типа, который предусматривался замыслом создания конституции США.



Б. Динамичная роль инфраструктуры



Без гения Готфрида Лейбница при возрождении античного принципа научного метода классической Греции динамика (дюнамис), которую более полно развили такие последователи Николая Кузанского, как Бернхард Риман, Макс Планк и Альберт Эйнштейн, квалифицированное понимание ключевой роли инфраструктуры в науке физической экономики не могло существовать.

Я подчеркнул принцип, который помещает род человеческий в категорию выше всех других категорий млекопитающих, так же как принцип плацентарных млекопитающих выше принципа сумчатых и так же, как академик В. И. Вернадский физически разграничивал ноосферу от биосферы. Поступательное развитие обществом своей базовой инфраструктуры экономики имеет ту же природу, что и класс принципов, в соответствии с которым плацентарные млекопитающие выше сумчатых. В свою очередь, как подчеркнул Альберт Эйнштейн, принцип всемирного тяготения, открытый последователем Николай Кузанского Иоганном Кеплером, содержит Солнечную систему как процесс. Точно так же принципиальными достижениями в области базовой инфраструктуры экономики, которая влияет на производство, является видовое агентство, способствующее качественным и количественным усовершенствованиям производительных сил труда, находящихся в соответствующей области инфраструктуры. Обеспеченная таким образом выгода не ограничена действием отдельного человека или предприятия; она действует через изменения в производственной среде и в повседневном существовании членов общества, которые осуществляются не в месте производства, а, скорее, в производственной среде.

Простейший пример дает рассмотрение увеличения потенциальной относительной плотности потока энергии, направленной в производство, в отличие от усовершенствований в локальном процессе производства. Другими словами, только идиот измеряет энергию в калориях; квалифицированная экономическая наука определяет мощность в единицах калорий на квадратный сантиметр (например, температура): чем выше температура, измеряемая приращениями, тем больше мощность, выраженная таким же количеством калорий.[32]

Массовые перевозки железнодорожным транспортом или транспортом на магнитной подвеске лучше массы дорожных транспортных средств с одним водителем, перевозящих такое же число пассажиров или объем груза.

Нам нужна питьевая вода в расчете на душу населения и на квадратный километр; мощность, измеряемая количественно и в терминах плотности потока энергии; массовая транспортировка людей и грузов; резервы для медицинского обслуживания и общественного здравоохранения; высококачественное образование и классические подходы к сферам развлечений и общего образования; высокая плотность исследований в физической науке на душу населения и высокие темпы достижений в познании физических и связанных с ними принципов. Общее, что нужно подчеркнуть, это образование для развития индивидуального человеческого ума, а не акцент на конкретный выбор заданий в т.н. «практическом обучении».



В. Создание международного кредита



Назовите это «плотностью потока энергии/капитала».

Это означает ориентацию на увеличение как относительного числа лиц, занятых в развитии и усовершенствовании капиталоемкости производства, так и натурального объема производства на душу населения и на квадратный километр, а не на простое линейное увеличение. Короче говоря, темпы чистой производительности на душу населения и на квадратный километр должны не просто повышаться, но повышаться ускоренно (как Готфрид Лейбниц сказал бы Декарту, если бы посчитал, что разговор с Декартом мог дать положительные результаты).

Валютно-финансовые аспекты этой функции должны рассматриваться в человеческих параметрах, а не в сегодняшних заурядных, практически линейных параметрах. Соответствующее отношение числа млекопитающих к сумчатым и людей к другим млекопитающим должно быть признано как еще одно отражение того же принципа физической экономики.

Все это ведет нас по следам Готфрида Лейбница.



Г. Евразийско-африканская глобальная перспектива



С того момента – не позже, – когда проблема была поставлена Эсхилом в трилогии о Прометее, самой характерной социальной проблемой человеческих обществ была проблема того запрета, который в этой драме произнес Зевс-олимпиец: обычному человечеству должен быть закрыт доступ к знанию «огня», который сегодня означает такие вещи, как знание мощи деления атома.

В тех минувших временах человечества, о которых у нас есть исторические, а не просто археологические знания о том, что проходило через человеческое сознание, важнейшей проблемой общества было зверское угнетение, воплощенное великим автором классических трагедий Эсхилом в трилогии о Прометее, особенно в «Прометее прикованном». Подавляющая часть человечества была низведена фактически до уровня скота, чтобы не была вызвана к жизни пробужденная мощь человеческого разума и, таким образом, не был положен конец тирании. Жестокость британской имперской системы, которая была образована Британской Ост-Индской компанией после заключения Парижского мира в феврале 1763 г. и против которой восстали наши патриоты, типична для отвратительного угнетения, от которого человечество нужно наконец-то освободить. Таков был замысел патриотов-основателей нашей республики в их великой борьбе против зла Британской империи того времени.

Наша политика должна состоять в следующем: там, где существует угнетение описанной Эсхилом разновидности, со стороны Зевса-олимпийца, свобода каждого человека на этой планете остается в опасности. Для создания системы самоуправления при таком качестве свободы, которую определила наша Декларация независимости, всему миру должно быть гарантировано право достижения подлинной человеческой свободы, а не просто свободы действия низших форм жизни. Единственная мера подлинной свободы это власть разума, власть разума, которой лишена бóльшая часть мира, как лишены ее сегодня многие университеты и школы в нашей собственной республике.

Для всех мужчин и женщин человеческая свобода есть не просто отсутствие оков, но раскрепощение творческих сил, которые отличают мужчин и женщин от скотов, освобождение от оков, которые богачи и другие олигархи надевают на умы тех, кого считают скотом, на своих подданных – обыкновенных людей планеты.

С середины 1970-х гг. очень влиятельные люди в США решили предать нашу собственную страну британской имперской политике обращения с природными и сопутствующими ресурсами Африки, особенно Африки к югу от Сахары, как с имуществом, подлежащим защите от самих африканцев – как с ресурсами, подлежащими консервации ради выгоды правящих финансовых групп Британии и Соединенных Штатов. Смрад этого неисправленного наследия британского империализма и его клевретов – смертельная угроза свободе всех государств и народов мира.

Если только не произойдет какой-либо ошеломляющей перемены, великого отречения от этого британского и подобного ему зла в отношении народа Африки, то не будут защищены жизнь и интересы кого бы то ни было и где бы то ни было на планете – ни в ближайшем, ни в отдаленном будущем.

Особая миссия, которая должна быть точкой опоры для государств и личностей мира, готовых поддержать справедливые условия для потенциальных творческих умственных способностей, которые присущи из всех живых существ только человеческой личности, должна быть основана на порядочном отношении человека к человеку. Улучшение доступа к возможностям для саморазвития творческих умственных способностей человечества, воплощенных в открытии Иоганном Кеплером принципа всемирного тяготения, есть та мера, которой нужно мерить степень способности правительств и других органов власти признавать, что же на самом деле представляет собой человеческая свобода.

Поэтому ответственность за судьбу беднейших и наименее защищенных народов мира, ответственность за получение ими эффективных средств самоуправления во имя улучшения условий человеческого существования, а не условий жизни какого-нибудь любимого животного, служит проверкой целей всего человечества. Мы проходим проверку видением подлинно человеческой жизни, в полном смысле творческих способностей, присущих только человеческой личности, которая должна быть целью и мерой будущего нового порядка, характеризуемого прогрессом для всего человечества. С правлением всех олигархических систем англо-голландского либерального толка, и систем еще более скверных, пусть будет покончено.



Примечания



[1] См. Barbara Tuchman, A Distant Mirror: The Calamitous 14th Century («Зеркало в отдалении») (New York: Alfred A. Knopf, 1978).


[2] Rosa Luxemburg, The Accumulation of Capital («Накопление капитала») (New York: Monthly Review Press, 1951).


[3] Herbert Feis, Europe the Worlds Banker, 1870-1914 («Европа – банкир мира, 1870-1914») (New Haven, Yale University Press, 1930).


[4] Мои упоминания Розы Люксембург в данной работе касаются сложной личности, подлинно творческого гения, но не идеального примера во всех рассматриваемых вопросах.

В частности: начиная с безумного состояния дел в Европе, а также в США, после отставки Бисмарка и после убийств президента Франции Карно и президентов США Гарфилда и Мак-Кинли, положение дел и в Европе и в США достигло беспрецедентного накала сложности. Первая мировая война и ее результаты уже замышлялись, и создавалось положение дел, о сложности которого я не нашел свидетельств ни в одном письменном источнике, известном мне с указанного времени.

Для лучшего понимания сложности положения в мире на тот момент представьте США начала 1860-х гг. без президента Авраама Линкольна. Твердая рука Линкольна и его глубоко укорененные представления о действенных принципах в истории отвечали обстоятельствам, которые не понимал ни один современник, кроме самого Линкольна. Таким образом, существуют кризисы, подобные кризисам современного мира, понимания которых нельзя ожидать ни от одного рядового ведущего деятеля своего времени. Только такой подлинный гений, как Линкольн, мог преодолеть эти трудности в осмыслении. Только деятель, который понимает кризис, может действительно сформировать ясное и связное представление о лекарстве от него. Без знания вопроса обнаружить ответ проблематично.

Ко всему прочему Роза Люксембург была очень даже женщиной и, таким образом, представителем того пола, который в те времена не слишком принимали в расчет при обычном решении важных вопросов государства. Она не только испытала подобное психологическое неудобство; как и жертву норманнской инквизиции Жанну д’Арк, ее фатально обременяла обязанность, так сказать, носить мужское платье, отягощенная реакцией на то, что в великих событиях того времени такую же роль приходилось играть и любой женщине. Даже сегодня женщины, прорвавшиеся на ключевые политические и аналогичные роли, стремятся уйти в более безопасное укрытие специализации либо ставят себя в глупое положение из-за своей реакции на все еще господствующее представление об ограниченной роли, уместной для женщины в обществе.

Они должны быть лучше; но осмелимся ли мы сказать, что виноваты только они сами?

Между тем, она испытала совокупное влияние своего стремления сочетать роль политического лидера большого масштаба с ролью настоящей женщины в желаемой ею личной жизни. Опасная ситуация, в которой она оказалась не только в каждом случае, но и в динамичной сфере деятельности, где сочетались обе особенности, даже сегодня не перестала быть крайне трудной для женщины вообще. Судите ее за то, чего она достигла, и будьте достаточно благодарны, чтобы не осуждать за то, чем она не была.


[5] Лишь современный глупец сражается за то, чтобы выиграть войну; разумные и нравственные нации и лидеры сражаются, как можно меньше, чтобы выиграть общий мир – выгодный и врагу, и другу.


[6] К числу примечательных примеров президентов и вице-президентов США, разделявших взгляды британских империалистов, относятся вице-президент (и предатель) Аарон Бэрр, а также президенты Ван Бурен, Полк, Теодор Рузвельт и Вудро Вильсон – все они были фактическими британскими агентами. У президента Томаса Джефферсона не хватило духу в нужное время выставить обвинение Аарону Бэрру, который, как показывали имевшиеся доказательства, был откровенным агентом Иеремии Бентама из британского Форин-офиса.


[7] 2 июня 1992 г. британская королевская яхта «Британия» бросила якорь за пределами территориальных вод Италии и приняла на борт группу избранных итальянских банкиров и бизнесменов для ведения переговоров с банкирами из лондонского Сити. Их повесткой дня был вопрос о способах разрушения политической системы Италии, которую считали препятствием для необходимого упорядочения итальянской экономики перед ее включением в сферу Маастрихтского диктата ЕС. Их планы были реализованы с помощью спекулятивной атаки на итальянскую валюту под руководством биржевого спекулянта Джорджа Сороса. Представителем итальянского правительства на борту «Британии» был генеральный директор Казначейства Марио Драги, который в настоящее время является главой Центрального банка Италии и председателем Форума финансовой стабильности. После того, как в одном из январских номеров журнала «EIR» за 1993 г. были описаны подробности этой встречи, Драги стали называть «г-н Британия». Примечание переводчика.


[8] Это произошло при британском правительстве Рокингама, но у лорда Шелбурна уже была власть в этом правительстве еще до того, как стал премьер-министром после смерти Рокингама. Британский Форин-офис, в котором фаворит Шелбурна Иеремия Бентам служил контролером Секретного комитета Форин-офиса – комитета, организовавшего и проведшего Французскую революцию при помощи управляемых британцами французских и савойских заговорщиков-франкмасонов – не был представителем самостоятельных интересов британской монархии ни в тот момент, ни при Бентаме или его протеже и основном преемнике лорде Пальмерстоне.


[9] Теологическая доктрина фаворита Шелбурна Иеремии Бентама не оставляет места для сомнений в том, что Британская империя пригрела собственного Юлиана Отступника – это подтверждает и имперская практика Британии в последующий период. Примерами служат наши современники принц Филипп из сатанинского Всемирного фонда дикой природы и его сын и единомышленник принц Чарльз.


[10] Японско-британская атака на американскую базу в Пёрл-Харборе была спланирована этими союзниками в рамках разработанных в начале 1920-х гг. схем атаки на военно-морскую мощь США после Первой мировой войны в Тихом и Атлантическом океанах. Миссия Японии на службе Британии заключалась в том, чтобы отобрать военно-морскую базу в Пёрл-Харборе уже в первой половине 1920-х гг.! Эта схема была обнародована в ходе знаменитого военно-полевого суда над генералом Билли Митчеллом; развитие им военно-воздушных сил авианосного базирования было единственным обвинением, выдвинутым против него симпатизирующими Британии представителями президентской администрации США. Кроме того, оно входило в состав американской стратегии военного планирования в 1920-е гг..


[11] Фашист по своей сути Бертран Рассел нисколько не раскаивался в содержании той политики, которую он откровенно собирался использовать как средство пропаганды массовых смертей.


[12] Проект, ставший лондонским «проектом Гитлер», был запущен во время кризиса, спровоцированного в Германии гиперинфляцией, вызванную исключительно условиями Версальского мира. Примерно с этого времени повышался уровень готовности поддержать дело нацистов – дело Германа Геринга и Адольфа Гитлера – преимущественно англо-голландскими либералами, включая окружение Прескотта Буша. Поддержка для Гитлера была организована в основном Монтегю Норманом из Банка Англии и Яльмаром Шахтом, а также такими силами в Нью-Йорке, как работодатель Прескотта Буша «Браун Бразерс Гарриман». Эта поддержка Гитлера продолжалась в этих финансовых кругах до тех пор, пока Британия неохотно не рассталась с Гитлером – не только после победы нацистов во Франции, но и после намерения Германии прибрать к рукам французские военно-морские и экономические силы для запланированного Гитлером захвата всей Европы посредством разрушения, опустошения и расчленения Советского Союза – очень похоже на сегодняшнего агента Британии Джорджа Сороса.


[13] Маркс попал в Англию в струе «Молодой Европы» и «Молодой Америки» лорда Пальмерстона. Формально Маркс был принят в эти круги под опекунством лорда Пальмерстона, протеже и наследника Иеремии Бентама во главе британского Форин-офиса. Маркс никогда не отдавал себе отчета о своем истинном положении в Англии, а доверчивой публике он предстал как подконтрольным Джузеппе Мадзини, главного агента Пальмерстона, возглавлявшего одного из проектов Пальмерстона. Один такой проект назывался «Молодая Европа», другой, «Молодая Америка», служил главной подрывной силой, действовавшей в США. На Маркса влияли через Дэвида Эркарта, в те времена возглавлявшего отделение спецслужб в Британском музее (сегодня Британская библиотека). С подачи Мадзини Маркс был назначен руководителем только что созданной Международной ассоциации трудящихся, так называемого «Первого Интернационала».

После краха стратегической операции британской разведки, под названием «Конфедерация», одураченный Маркс, обозвавший своего хозяина, Пальмерстона, «русским агентом», упал в цене и статусе, и был отправлен в утиль при британском агенте Наполеоне III, когда был создан синархистский интернационал в качестве филиала анархистской организации Бакунина, русского анархиста и тоже английского агента.

После провала Парижской коммуны Маркс ушел в относительное политическое забытье до конца своих дней.


[14] Омерзительный МВФ в духе Кейнса, построенный администрацией Трумэна, если сравнить его с замыслами Рузвельта, напоминает существо из уэллсовского романа «Остров доктора Моро» (см. Главу 3 настоящей статьи, посвященную этой теме).


[15] По своему опыту работы консультантом по менеджменту, мне известны дебаты о производственном процессе в СССР, они широко обсуждались в литературе в последние десятилетия существования страны.

Представляется, что военные мотивы были достаточно плодотворными в развитии советской технологии, в то время как заводы, производившие товары буксовали, став притчей во языцех.

Главное здесь то, что творческие способности всегда индивидуальны, их нет в системах и процедурах. И творчество в обществе часто «перпендикулярно» общественному устройству. Необходимо решать проблему мотивации индивида, чтобы он творчески действовал на своем месте в обществе и для общества в целом. Когда патриотическую мотивацию заменяют «конкурентные стимулы», ожидаемые результаты скорее всего появятся.

В 1950-е годы и позднее в США наблюдалась моральная дегенерация мировоззрения руководства на всех уровнях. Виной тому в значительной степени была боязнь ФБР и других спецслужб.


[16] Начиная с 1763 года Адам Смит по поручению лорда Шелбурна шпионил за руководящими кругами Северной Америки и Франции. Большую часть экономической аргументации «Богатства наций» он украл у выдающегося французского физиократа Тюрго, из работы, которую тот в то время писал. В работе Смита есть дословные вставки из рабочей рукописи Тюрго (cм. Douglas Dakin, Turgot and the Ancient Regime in France (Methuen, 1939); об этом же говорит Allen Salisbury, The Civil War and the American System, (Campaigner, 1978)).

Все вращалось вокруг Давида Юма и его кругов, эксплуатируемых Шелбурном. Из этой среды вышел Смит и вовлекся в шелбурнскую сеть шпионов. Ничего положительного и искреннего в работе Адама Смита никогда не было.


[17] Из статьи Маркса о выборе профессии, написанной в рамках программы средней школы в Триере, где Маркс учился у знаменитого Виттенбаха, я сделал для себя вывод, что творческие задатки у Маркса были. Из переписки Карла Маркса с отцом во время учебы Маркса в Бонне следует, что в его личности случились скверные перемены. Позднее, во время учебы в Берлинском университете, где Маркс изучал право у Карла фон Савиньи, предшественника Карла Шмидта, Маркс попал в отвратительную компанию, и знавший его Генрих Гейне почувствовал, что с Марксом что-то не так. Часто случается, что взрослеющие юноши теряют творческие способности, особенно студенты к завершению учебы, ближе к тридцатилетию. Утрачиваются творческие силы, как указывал д-р Лоренс Куби. По своему опыту скажу, что это часто происходит с молодыми людьми, обнаруживавшими творческие способности в возрасте от 20 до 30 лет, в особенности с соискателями степени. Здесь уместно напомнить, что сам Маркс был по сути «бэби-бумером». У его отца были проамериканские настроения, он поддерживал отношения с «Обществом чтения» (Lese-Gesellschaft) сторонников американской революции, например с Виттенбахом. Здесь прослеживается важная параллель с конфликтом моего поколения, воевавшего с Гитлером, и декадансом поколения их детей, составивших основу бунтовщиков 68-го года, например, во время съезда демократической партии в Чикаго. Есть нечто общее между американцами, родившимися между 1945-1968 гг. и европейцами, выросшими в период правой реакции князя Меттерниха и его прислужника Гегеля. Соратник Гегеля Карл фон Савиньи работал в Берлинской университете и был известен в кругах юристов правой ориентации. Во время учебы Маркса в университете он был деканом юридического факультета.


[18] Этот аргумент я изложил во время встречи с коллегами, членами научной группы в Виргинии, они сейчас занимаются изучением методов Римана. Определение человека как простого млекопитающего – это шаг к отношению к ближнему как пище.


[19] Я использую термин «динамика» в связи с древним классическим греческим «дюнамис», концепцией, связанной со сферической геометрией пифагорейцев и Платона.

Современную концепцию динамики предложил Лейбниц (разоблачая некомпетентность Декарта в 1692 году, и к этому же вопросу он возвращается в работе 1695 года «Specimen Dynamicum»). Это понятие витает в работах Гаусса и других предшественников Римана, Риман изложил ее в более общих терминах в своей диссертации 1854 года.

Таким образом, с момента публикации соответствующих заявлений Эйнштейна в связи с открытиями Кеплера, общее определение динамики является римановским.


[20] Кеплер, Harmonices Mundi Libri V ( «Гармония мира») (см. Animating Creativity)


[21] Эти потенции души живут исключительно в творческой деятельности человеческого разума по отношению к вселенной, а не в лозунгах и пустых заклинаниях. Они живут в наших действенных творческих побуждениях.


[22] См. мои отсылки к Эйнштейну по поводу уникально оригинального открытия Кеплером принципа всемирного тяготения.[22a] Или, как подчеркивает Риман в заключительных предложениях своей диссертации 1854 года, предостерегая от чистой математики, истинная физическая наука лежит по ту сторону чисто математических формул, существующих только как тени действенной универсальной материальной реальности.


[23] См. http://wlym.com/~animations/harmonies/index.php. Анализ четвертой книги «Гармонии» Кеплера в опубликованном докладе WLYM опущен. Этот пробел исправлен членом этой группы и будет включен в публикацию.


[24] Вопреки лжи последователей Эрнста Маха, и еще хуже, Бертрана Рассела и его последователей.


[25] Поэтому нет систем цифровой записи, в которых измеренное время действия было бы достаточно малым, чтобы мы могли рассматривать цифровую запись классического музыкального исполнения как замену аналоговой. Это различие видно на примерах исполнения «между нотами», под управлением покойного Вильгельма Фюртванглера. Простое чувственное восприятие может не понять отличия, но разум исполнителя контрапункта в традициях Баха это понимает. Подлинные классические сочинения в традиции Баха можно слушать только в зале, в исполнении квалифицированного исполнителя или исполнителей, и тогда эти важнейшие отличия сразу видны. При сравнении концертного исполнения практически с любыми записями различия иногда просто ошеломляют. Это также важно в физической науке, примером чему служат открытия Кеплера в области гармоник. Способность слышать это с возрастом ослабевает, но идея отличия остается. Как это было со стареющим Бетховеном, его сочинениями Оп. 132 и 133, ярчайшим представлением блестяще задуманного контрапункта из всех известных. Очень жаль, что члены квартета Амадеус не дожили до повторного исполнения струнных квартетов Бетховена.


[26] Так называемая «теория информации» стала важным ответвлением качественной дегенерации, внесенной Расселом в академическую науку 20-го века, проводником (теории информации) стали Норберт Винер («Кибернетика», 1948) и Джон фон Нейман.


[27] Значение этого явления как практического вопроса права и связанной с ними общественно-правовой практики будет рассмотрено в следующем основном разделе данной главы.


[28] Джону Смиту, главе колонистов Джеймстауна в 1607 г., принадлежит знаменитая фраза «кто не работает, тот не ест» (примечание переводчика).


[29] Как указано выше, практика использования наднациональных агентств (особенно заметная после 15 августа 1971 г.) в целях установления кодексов поведения для финансовых и других внутренних дел государств-подчиненных несет клеймо империализма со времен, предшествовавших падению Вавилонского царя.

Государство, которое не имеет суверенитета в этих вопросах, не имеет суверенитета вообще.


[30] В оригинале – “thoroughly composed”. Эквивалентный немецкий термин “Motivfuehring” значит буквально «ведение мотива». Термин употреблялся известным скрипачом, покойным музыковедом проф. Норбертом Брайниным в применении к классическому композиторскому подходу, начиная с Ф.Й. Гайдна. Имеется в виду мотивная разработка, сохраняющаяся на протяжении всей композиции (примечание переводчика).


[31] «Нельзя читать произведения наиболее славных писателей нашего времени и не поражаться напряженной жизни, которою наэлектризованы их слова. С необыкновенной проницательностью охватывают они все многообразие и измеряют все глубины человеческой природы и, быть может, более других удивляются проявлениям этой силы, ибо это не столько их собственный дух, сколько дух эпохи. Поэты – это жрецы непостижимого вдохновения; зеркала, отражающие исполинские тени, которые грядущее отбрасывает в сегодняшний день; слова, выражающие то, что им самим непонятно; трубы, которые зовут в бой и не слышат своего зова; сила, которая движет другими, сама оставаясь недвижной. Поэты – это непризнанные законодатели мира».


[32] Посмотрите на стимулированное Уолл-стрит после Второй мировой войны развитие автотранспорта, которое было способом уничтожения чистой производительности американской экономики, а также навязывание расточительного использования авиатранспорта по сравнению с плотной организацией высокоскоростного железнодорожного сообщения или транспорта на магнитной подвеске. Система железнодорожного транспорта была урезана ради развития гораздо менее эффективных конкурирующих систем. Сравните массовый эффект времени «от двери до двери» при переездах пригородным железнодорожным транспортом со стоимостью переездов автотранспортом или авиатранспортом.




Перевод с английского Константина Бородинского, Марины Бурковой, Рейчел Дуглас.
http://donbassrus.dn.ua/index.php?new=7154
 

Статья была опубликована на английском языке в журнале EIR от 31 октября 2008 г.

 

Сайт Executive Intelligence Review 

НОВЫЙ СПРАВЕДЛИВЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПОРЯДОК
На сайте размещены труды Линдона Ларуша

http://www.larouchepub.com/

 

------------------------------

См. также большую подборку Статей Линдона Ларуша на его Персональном сайте в Портале "Россия"

 

Статьи о Линдоне Ларуше

 


 

Начало  Назад  Вперёд

 

См. также:  Русский Мир * Россия в мире * Россия в мире - только факты * Россия и Европа * Россия и Азия * Россия и Америка * Россия и Германия * Россия и Латинская Америка * Россия и Славяне * Россия-Украина-Беларусь * Образ России * Угрозы для России * Уроки для России * Мифы мировой экономики * Россия и крах мировой финансовой системы * Перманентная шизофрения * Глобальный апартеид * Создание Новой Бреттонвудской системы * Новый справедливый экономический порядок  * Статьи Линдона Ларуша

 

"Volk ohne Raum" - Германия
 

 

"Raum ohne Volk" - Российская Федерация

 

Дата последнего обновления этой страницы: 06.01.2011

Дата первой публикации Портала "Россия" - апрель 2006 г.

Разрешается републикация любых материалов Портала

Об авторских правах в Интернете