Институт России  Портал россиеведения 

 http://rospil.ru/

Каталоги  Библиотеки  Галереи  Аудио  Видео

Всё о России  Вся Россия  Только Россия  

Русология   Русословие   Русославие

 

Главная   Гостевая   Новости портала   О портале   Блог-Каталог "Россия в зеркале www"  Блог-Пост   Блог-Факт  

 

Мы любим Россию!

 

ВПЕРЁД, РОССИЯ!

 

Родовые поместья России 

 

Наши друзья (Общины других типов)

 

Морозов Д. Китеж - вечное настоящее

 

Откуда берутся люди, рожденные с сознанием своего предназначения? Насколько это знание облегчает им свободный выбор, да и пытается ли кто- либо, взвешивающий наши судьбы, облегчить наш путь намеками на его предрешенность?

Я часто задавал себе эти вопросы в минуты полного упадка душевных сил, когда казалось, что ноша, принятая на плечи играючи и тяготившая сначала не более, чем детские сны, становилась почти непосильным бременем. Тогда только вера в неслучайность выбранного пути питала волю. Или это воля, не моя, а высшая, необоримая, позволяла не угаснуть огню веры. Нет, не может человеческий разум постичь смысл собственной жизни. Высшая мудрость состоит в том, чтобы смиренно признать это и в меру своих сил следовать избранным путем до конца.

Меня часто спрашивают, что побудило начать создание Китежа. Да и что такое Китеж - объединение семейных детских домов, попытка возродить русскую традиционную общину, способ изменить собственный образ жизни или спасти свою душу?

Я не знаю. Мне кажется, что идея Китежа росла во мне не один год, так же естественно, как проклевывается росток в земле. Приходит время и нечто, столь непохожее на зернышко, брошенное осенью, пробивается на свет и уже перестает принадлежать зерну, а растет, повинуясь заложенному в нем закону, радуясь солнцу и дождю или склоняясь под ветром.

Но сначала были мечты, вернее, предчувствие, что я не смогу потратить собственную жизнь на борьбу за материальное благополучие, что обладание вещами, карьера и даже счастливое ничегонеделание будут по сути пустой тратой сил на коротком отрезке земного пути. Я предчувствовал, и теперь знаю это точно, что нет ничего для человека выше радости осознавать себя частью космоса, любить и быть любимым, творить добро в меру своего понимания и отпущенных сил. Я чувствовал, что на этом пути не останусь один, ведь эти простые истины, как бы ни затуманивала их повседневность, открыты многим. Надо только создать условия, при которых сама твоя жизнь стала бы путем, воплощающим заложенный в тебе замысел Создателя.

Я видел в своих мечтах большую общину, собравшую добрых, честных, умных людей, желающих построить свои отношения на принципах более высоких, чем дарвиновская борьба за существование. Не конкуренция, а любовь должна была стать могучим источником творческой энергии. Раз мы пришли в этот мир, то само служение Богу должно осуществляться в миру, среди людей, не уходом, а все более глубоким проникновением в его законы. Служить - значит творить, работать, стать проводником неведомого нам плана. Поэтому и цель, поставленная мной перед общиной, была самой что ни на есть земной и насущной - воспитание детей-сирот.

Все казалось так просто - психологические тесты помогают отобрать желающих жить в общине. Из них по прошествии испытательного срока формируется коллектив учителей. Каждый общинник становится приемным родителем, учителем и наставником, кроме того, работает на благо общины. Самым трудным представлялось собрать деньги для того, чтобы построить дома, одеть и накормить детей.

Человеку свойственно ошибаться. Конечно, сбор средств на благое дело в данный исторический период в России и сам по себе стал достаточно непосильной задачей, но я и представить себе не мог, что, фактически, посягаю на перестройку всего уклада жизни, идя наперекор общественному сознанию, экономическим реальностям и просто несовершенству человеческой натуры.

Первый год все было еще сравнительно просто. Есть сто гектар земли, выделенной в Барятинском районе Калужской области. Есть несколько добровольцев, которые услышали мой вдохновенный призыв и приехали из разных концов России начать новую жизнь во имя высоких целей. Было даже немного денег и стройматериалов, достаточных для строительства первых домиков. Мы рано вставали и поздно ложились, торопясь поставить крыши до первого снега, а еще пели песни у костра среди палаток и строили планы, как будем жить одной семьей, воспитывая детей, читая книги, создавая красивые вещи, в гармонии с миром и природой.

Первой уехала семья художника из Набережных челнов. Он "понял", что мы ничего не построим до холодов и не создадим, школу, в которой могли бы учиться трое его родных детей. А еще он решил, что я - хитрый мошенник, собирающий в Москве доллары под Китеж для того, чтобы удрать за границу или захватить президентское кресло. Они уехали, взяв у нищей общины миллион - компенсацию материальных затрат и моральных издержек. Помню до сих пор, с каким энтузиазмом остающиеся грузили его скарб в грузовик. Очевидно, они надеялись, что это первая и последняя семья, попавшая к нам по ошибке. А я лежал ночью в своей палатке и шептал: "Господи, помилуй меня, грешного". Наверное, тогда я начал понимать всю тяжесть проблем, которые встанут перед общиной.

Так или иначе, к январю 1994 года в одном достроенном и двух достраивающихся домах зимовали 15 человек - взрослые и дети, называющие себя членами общины Китеж. А за новогодним столом нас собралось тридцать семь - приехали те, кто помогал нам летом, покидая уютные квартиры в Москве и Калуге. Сколько было радости и веселья! Среди безлюдных, занесенных снегом лесов и полей мы чувствовали себя создателями нового мира. Радость от того, что мы вместе, и наши усилия начинают приносить плоды, переполняла наши сердца. Желтые огни свечей отражались в окнах, заросших ледяными цветами.

А потом наступили будни, и великий оптимист, мастер на все руки Д., запил вместе со своей супругой. Не от отчаяния и разочарования, а просто от нехватки острых ощущений. Для нас это было внове. Колхозники в соседних деревнях пили по-русски: много, отчаянно и регулярно. Но в их жизни действительно не было ни мелких радостей, ни высокой цели. Могли ли мы полагать, что эта зараза не минует и нашу общину. Китежанин О., имеющий опыт коммерческой работы в Питере, не смог сдержать переполнявшую его предприимчивость. Однажды мы узнали, что он приторговывает сникерсами в районном центре. Он не был плохим человеком. Просто он не мог понять, что нельзя строить новый мир старыми средствами. А мы? Разве нам не приходилось в отчаянии за бутылку водки нанимать трактор, изо всех сил торговаться с местными мужиками, чтобы помогли нам доделать крышу или сложить печную трубу. Мы тоже были плоть от плоти этого мира и вырваться из-под его законов оказалось не легче, чем ростку травинки пробиться через асфальт. Хорошо, что уже тогда я понял, что надо уметь ждать. Для всего есть свой срок - для каждого человека и содружества людей, называемого общиной.

Даже сейчас, прожив с некоторыми китежанами три года, я не могу понять, что искали и что нашли они в Китеже. Абсолютно убежден, что они не знают этого и сами. Одни считают, что привела их в Китеж Судьба (читай - Божья воля), другие совершенно рационально объясняют свои стремления иметь много детей, жить на природе в окружении хороших людей.

И те и другие через два-три месяца начинали сомневаться в правильности собственного выбора, тосковать, раздражаться. Как правило, смысл наших ссор сводился к формуле: "Я готов вам все отдать - и труд, и любовь, а почему вы..." Далее следовал перечень претензий, например: не тушите свет в кухне, не развиваетесь духовно, не испытываете ко мне братских чувств, недостаточно работаете. Перечень этот был бесконечен, ибо чем полнее и разностороннее становилась жизнь общины, тем больше взаимосвязей создавали люди на всех уровнях. Жизнь, без сомнения, становилась богаче, но и количество раздражителей увеличивалось соответственно. Обыденное сознание, завезенное из большого мира, в отличие от мебели, в полном объеме не позволяло человеку принять духовную суть общины, оставляя его в кругу чисто материальных и психологических проблем, которые и не могли решиться.

Несмотря на то, что китежане, вобщем-то, постоянно загружены работой, их бытие позволяет накапливать большое количество энергии. При отсутствии духовного идеала, требующего максимальной концентрации и работы на пределе сил, эта энергия лишь отчасти изливается на детей и строительные объекты. Конечно, было бы предпочтительнее заменить спорадические вспышки гармоничной постоянной работой, но, очевидно, и эта задача может быть решена лишь с изменением мировоззрения.

Китежане устают на стройке, но не растрачивают свою энергию в общественном транспорте и очередях. Они тратят много времени на обсуждение нюансов своих отношений с детьми, зато не теряют нервные клетки в разговорах с руководителями фирм, практически не испытывая никакого давления со стороны чиновничье-бюрократической пирамиды.

Может быть, именно поэтому китежане так легко и беззаботно растрачивают излишки энергии на углубление отношений, с последующим их выяснением. Страдают, погружаясь в бездонную пропасть размышлений о смысле жизни. Пока это все больше напоминает игру маленького ребенка с электричеством. - опасность велика, результат непредсказуем, но положительный опыт можно накапливать и таким путем.

Почему-то мне кажется, что наши далекие предки, жившие в общинах, куда больший акцент делали на понятие долга, самоотдачи. И общины были проще, но крепче. Современный же человек, как бы он ни объяснял побудительных мотивов приезда в Китеж, на самом деле озабочен только идеей самореализации. И это было бы хорошо, если бы даже эту цель мы понимали более- менее одинаково. Сейчас же кто-то пытается реализовываться через налаженное хозяйство, а кто-то, озабоченный только состоянием собственной души, готов пустить это хозяйство на самотек. В Китеже, где практически изжиты конфликты, все дело заканчивается глухой обидой. Но ведь и из обиды можно воздвигнуть непроницаемую стену.

В настоящее время рано говорить о создании единой общины на том самом духовном плане, который и есть единственно возможное поле для реализации человека. На бытовом уровне Китеж остается соседской общиной, где отдельные большие семьи объединяются в подгруппы на основе общности интересов и схожести характеров. По нашим планам, этот период феодально-клановой раздробленности в ближайшие полгода должен завершиться объединением на основе соборного соглашения, то есть компромисса. Принятие общих законов, провозглашение, буквально выстраданных совместной жизнью принципов, приведет к большему объединению общины как социального организма, позволит сблизить интересы общинников.

Во многих городах Индии есть традиция: в день религиозного праздника, посвященного богу Шиве, толпы верующих выкатывают из ворот храма огромную колесницу. Ни один из участников этого действа, прилагая самостоятельные усилия, не был бы в состоянии даже ее покачнуть. Но раз в году люди, объединенные общим устремлением и опьяненные сознанием этого единства, тащат на себе это многотонное сооружение, распевая религиозные песни, смеясь и плача. И многие из них действительно видят Шиву, восседающего на колеснице.

Если бы каждый участник не был бы уверен в том, что и другие, стоящие рядом, вкладывают все свои силы в общий порыв, колесница не тронулась бы с места. Но смогли бы они тянуть эту колесницу каждый день и всю жизнь? Мы же, по сути, хотим добиться состояния внутреннего единства и гармонии усилий для всех общинников в каждый обыденный день в Китеже. Именно естественное течение жизни, даже монотонность быта должны стать тем состоянием покоя, в котором, по мысли древних учителей человечества, рождается могучее движение.

Теперь спустимся на один план ниже. С момента создания общины мы говорили, что хотим дать нашим детям первоклассное образование, сделать их полноценными, высококультурными членами общества. Они должны быть способны найти свое место в жизни вне Китежа. Но наши дети, особенно те, которые попадают к нам уже в школьном возрасте, как правило, просто не понимают необходимости получения образования. В нормальных семьях дети волей или неволей перенимают традиции своих родителей, имеют возможность ориентироваться на взрослые идеалы, сравнивать себя со сверстниками. В Китеже они видят взрослых, занятых, как правило, обычными хозяйственными работами. Причем взрослых достаточно счастливых, гармонирующих с жизнью, которую они ведут. Тем самым как бы задается вполне доступная высота - будь работящим, честным, открытым и станешь похожим на собственных приемных родителей. То, что эти родители, прежде чем попасть в Китеж, заканчивали институты, носили костюмы вместо телогреек пока еще не осмысливается детьми. Все мы, конечно, понимаем, что личный пример, вернее, образ жизни, который ведут взрослые, является главным воспитывающим фактором. А значит, наша жизнь должна быть перестроена так, чтобы дети могли видеть в обыденной повседневности тот уровень, которого и они должны достичь, чтобы быть допущенными в высокий мир взрослых. Дело здесь не в печке и компьютере, и даже не в престижности труда, а в том уровне общения, в интеллектуальном и культурном богатстве, носителями которого мы являемся. Сейчас оно лежит под спудом забот сельской жизни и лишь иногда выплескивается наружу на общинных вечерах поэзии.

Утро в Китеже начинается с зарядки. О ней одной, занимающей 15 минут, можно было бы написать философский или психологический трактат. Все общинники перед началом рабочего дня до завтрака делают дыхательные и физические упражнения, позволяющие человеку ощутить себя частью природы, войти в единый ритм со всеми, кто составляет замкнутый мир общины, наполниться оптимизмом и зарядить себя энергией на весь день. Это не молитвы, не радения сектантов, а нормальная аутогенная тренировка, известная на Востоке несколько тысяч лет и ставшая популярной в последнее время на Западе.

В первый год существования общины утренняя зарядка была обязательной, затем, когда количество приезжих добровольцев стало превышать численность самих общинников, посещение зарядки стало добровольным делом каждого. На зарядку сразу перестали ходить как раз те общинники, кому она была нужна больше всего. Объяснить это очень легко. Человек, не ощущающий своей включенности в общину, в общий поток духовной энергии, просто выполняет на зарядке рутинный комплекс телодвижений. Он не ощущает потока энергии, поэтому не обретает и радости общения с природой и себе подобными. Но ведь это редко кому дается сразу. В этом нет ничего странного. Нас же не удивляет, что многие люди не получают удовольствия от классической музыки или созерцания живописи. Японского ребенка учат различать до двухсот оттенков цветов, различать и наслаждаться. Сколько оттенков цветов различает человек, лишенный даже желания обратить внимание на окружающий мир. Сколько лет надо учить ребенка разбираться в нотах и чувствовать нюансы красоты музыки? Зависит от способностей, но, в вобщем-то, не один год. Так почему мы считаем, что не надо учиться слышать тончайшую мелодию человеческой души, природы, космоса. Нужны усилия, необходимо напряжение, но зато, какой поистине неисчерпаемый источник наслаждения, какое богатство новых чувств открывается нам в конце пути!

Мне еще часто приходится бывать в Москве. Но я уже с удивлением слышу вопросы моих друзей - не скучно ли мне в моей деревне. Разве можно скучать, когда каждый день, наполненный знанием травы, сиянием солнца или свежестью дождя, дарит твоей душе миллион светлых переживаний. Китайский поэт, живший за много поколений до нас, оставил строки:

Как удивительно и сверхъестественно Я черпаю воду из колодца И колю дрова.

И действительно, для чуткого сознания каждое мгновение жизни становится источником восторга и благоговения перед непостижимой красотой мира. Каждое обыденное действие становится ступенью на пути к постижению своей сущности и воплощения замысла Творца. Здесь нет места ни скуке, ни унынию. Чем бы ты ни занимался, ты всегда на пути. Нужно только не потерять это ощущение, не замутить свой духовный взор пылью обыденности.

http://creativism.newmail.ru/KitezhMain.htm

 

 


 

 

 

Россия сосредоточивается!

 

Дата начала Проекта - апрель 2006 г.

Разрешается републикация любых материалов портала