Институт России  Портал россиеведения 

 http://rospil.ru/

Каталоги  Библиотеки  Галереи  Аудио  Видео

Всё о России  Вся Россия  Только Россия  

Русология   Русословие   Русославие

 

Главная   Гостевая   Новости портала   О портале   Блог-Пост   Каталог "Россия в зеркале www"

 

Мы любим Россию!

 

ВПЕРЁД, РОССИЯ! 

 

ЦИВИЛИЗАЦИЯ БУДУЩЕГО

 

ТВОРЦЫ ЦИВИЛИЗАЦИИ БУДУЩЕГО

 

Татьяна Смирнова

 

                     "Пусть хотя бы самое святое

                                  неизменным остаётся в нас..."

                                             

Словно по воде круги от камня,
По земле расходятся слова,
На бумагу брошенные нами
В час любви, печали, торжества.
Те слова порой врачуют раны,
Те слова бичуют и корят.
И ещё - как это и не странно -
Рукописи правда не горят.
Потому-то сквозь огонь угрюмый
Всем святошам и ханжам назло
Яростное слово Аввакума
К правнукам из тьмы веков дошло.

Юлия Друнина

 

Я порою себя ощущаю связной
Между теми, кто жив
И кто отнят войной.
Я - связная.
Пусть грохот сражения стих:
Донесеньем из боя
Остался мой стих...

Юлия Друнина

 

                                                                                       

    Есть что-то общее, что роднит все поколения людей - живших прежде, живущих ныне и - надеюсь - тех, кто придёт на эту Землю после нас. Испытания на долю каждого поколения выпадают разные. Меняется мир, меняется в чём-то человек. Но нечто общее, глубинное, близкое каждому всегда - остаётся. Может быть, потому томик стихов Юлии Друниной, глубоко волнующий и близкий, несмотря на то, что нас, невоенное поколение, отделяют от них, девчонок той войны, годы и годы совсем иной жизни, открываю часто, а закрываю всегда в растрёпанных чувствах.

Трубы.
Пепел ещё горячий.
Как изранена Беларусь...
Милый, что ж ты глаза не прячешь? -
С ними встретиться я боюсь.

Спрячь глаза.
А я сердце спрячу.
И про нежность свою забудь.
Трубы.
Пепел ещё горячий.
По горячему пеплу путь.

От её стихов вскипают слёзы. Вскипают горько и светло. Пишет ли она о войне или о боли и радостях мирного времени. В её, таких простых на первый взгляд, кратких и ёмких строках - сила, человечность, глубина... ошеломляющая искренность, щемящая нежность, пронзительный внутренний свет... И странное дело - слёзы эти не опустошают, не обессиливают, а напротив - придают сил. Словно вспыхивает вместе с ними - обжигающе-внезапно - протестом и мятежом - внутренний огонь. И хочется не опустить подавленно голову, спрятав в ладони лицо мокрое от слёз, а - напротив - сжав зубы, отважно голову поднять. Навстречу тому, что есть. Чем бы оно ни было.

Ты полз по отвесным дорогам,
Меж цепких колючих кустов.
Рукой осторожною трогал
Головки сомлевших цветов.

Срываясь, цеплялся за корни,
Бледнея, смотрел в пустоту.
А сердце стучало упорней,
А сердце рвалось в высоту.

Не эти ли горные кручи
Во взгляде остались твоем?
Не там ли ты понял -
Чем круче,
Тем радостней будет подъем?

             ("Альпинисту")


     Для меня Юлия Друнина началась с "Зинки" - поэмы, посвящённой памяти однополчанки, Героя Советского Союза Зинаиды Самсоновой, а вместе с ней - десяткам погибших молодых девчат, которые, как и Друнина, в семнадцать, встав из-за парты, шагнули  "из школы в блиндажи сырые, от Прекрасной Дамы в "мать" и "перемать"..."  

    "Зинку" мы, двадцатилетние в ту пору девчата-вожатые, нашли в сборнике военной лирики во время подготовки литературно-музыкальной композиции ко Дню Победы. Читали, сгрудившись тесным кружком, посерьёзневшие, притихшие, чувствуя, как от этих простых, тихих строк что-то неуловимо меняется в нас. Не гранитными монументами, не скорбной торжественностью Вечного Огня посмотрела на нас память о войне - глазами нашей ровесницы. Показалось на минуту, что сидит она среди нас - тоненькая, хрупкая в своей солдатской гимнастёрке и таких неженских кирзовых сапогах, с красивым, но осунувшимся, усталым лицом - и с тихой горечью доверчиво говорит:

Мы не ждали посмертной славы,
Мы хотели со Славой жить.
...Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?

Её тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав.
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах.

...Знаешь, Зинка, я - против грусти,
Но сегодня она не в счёт.
Где-то в яблочном захолустье
Мама, мамка твоя живёт.

У меня есть друзья, любимый.
У неё ты была одна.
Пахнет в хате квашнёй и дымом,
За порогом стоит весна.

И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
...Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала.

Тогда я особенно отчётливо поняла, что эти строки - не раритет канувшего в лету далёкого прошлого, это - живое, горячее послание человека человеку. Послание, которое, несмотря на разность эпох, никогда не потеряет своей силы и актуальности. Потому что есть то, что объединяет людей разных поколений, то, что один человек всегда поймёт в другом человеке, сколько бы их не разделяло лет.

Сейчас многие задаются вопросом о том, а нужно ли вообще нынешнему, далёкому от войны, поколению погружаться в горнило драматических событий прошлого, в ту боль, которую мы всё равно не сможем прочувствовать и осознать в полной мере, потому что определённые вещи можно познать лишь на собственном горьком и страшном опыте? В ту боль, что затушёвывается уже пылью времени, отступая в музейное прошлое под напором живого пульса настоящего. Нет войны - и слава богу. Отгремело, отболело, отошло... Зачем ворошить? Тяжёлые это воспоминания, не наши...

Почему же снова беру в руки любимый томик? Почему не отпускают, не блёкнут знакомые уже наизусть строки? Может быть, потому, что это стихи не только о войне - они о тех вечных ценностях, что являются точками отсчёта для людей любой эпохи - о дружбе, любви, человеческом достоинстве... о сложности нравственного выбора... трудности победы над собой... хрупкости и неповторимости жизни... чуде обретения и мучительной боли потери... надежде и вере... стойкости духа... чуткости души, не черствеющей даже в самых трудных, подчас нечеловеческих, условиях... Эти ценности подвергались испытанию войной, проверяясь на истинность и прочность. Эти же ценности подвергаются испытанию сейчас, в наше время, только иначе. И, может быть, нам чуть-чуть поможет не потерять внутренние ориентиры, не сбиться с пути, не пойти на компромиссы с совестью и душою то горячее послание человечности, что донёс до нас голос поэта из суровых фронтовых лет.                                

Побледнев,
Стиснув зубы до хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И бруствер
Проскочить под обстрелом
Должна.
Ты должна.
Хоть вернёшься едва ли,
Хоть "Не смей!"
Повторяет комбат.
Даже танки
(Они же из стали!)
В трёх шагах от окопа
Горят.
Ты должна.
Ведь нельзя притвориться
Пред собой,
Что не слышишь в ночи,
Как почти безнадёжно
"Сестрица!"
Кто-то там,
Под обстрелом, кричит...
            ("Ты должна!")

Проходя сквозь очищающее пламя Друнинских строк, героика которых несёт нам сквозь годы важное не только для реалий военного времени осознание - "ведь нельзя притвориться пред собой, что не слышишь..." - невольно спрашиваешь себя: а ты? Предъявляешь ли ты к себе столь высокие требования? Здесь, сейчас, в своё мирное время, способен ли ты, человече, на мужественный, самоотверженный поступок, на преодоление себя, своих слабостей, страхов и сомнений? Способен ли не смалодушничать, не пройти мимо чужой беды, несправедливости, не остаться в стороне, не притвориться перед собой, что не слышишь, не видишь, не замечаешь?..

Поэзию Юлии Друниной недаром называют "поэзией человеческого достоинства". Она даёт высокие нравственные ориентиры, подталкивая к новым осознаниям, заставляя требовательней относиться к жизни и строже спрашивать с себя. Будучи сама человеком требовательным и неравнодушным, с чуткой, горячей душой, она  всегда умела находить "те самые", бьющие в цель, слова, которые затрагивали сердце.

Ветераны в подземных
Дрожат переходах.
Рядом - старый костыль
И стыдливая кепка.
Им страна подарила
"Заслуженный отдых",
А себя пригвоздила
К Бесчестию крепко.

Только как позабуду
Отчаянных, гордых
Молодых лейтенантов,
Солдатиков юных?..
Ветераны в подземных
Дрожат переходах,
И давно в их сердцах
Все оборваны струны.

Ветераны в глухих
Переходах застыли.
Тихо плачут монетки
В кепуре помятой.
Кепка с медью -
Осиновый кол на могиле,
Над могилою юности нашей
Распятой...

               ("Заслуженный отдых")

 

Горько и стыдно читать эти строки, написанные той же рукой, что и "Зинка". На их фоне ещё актуальней звучит сегодня голос "связной" Юлии Друниной, несущей "донесением из боя" свой искренний стих - частицу живой истории человечества, того опыта, который нам важно впустить в себя и осознать - чтобы сквозь его призму иначе увидеть и понять настоящее. Опыта, который, затронув, взволнует и что-то посеет в нас:

Что ж, дать в забвенье утонуть
Прошедших этот адский путь? -
Тогда он снова повторится.
Листайте Прошлого страницы,
Переплавляя в Правду боль...

             ("И есть ли смысл в том, что ты...")

 

В двадцать лет, читая глубоко взволновавшие строки "Зинки", я ещё  ничего не знала о дальнейшей послевоенной судьбе Юлии Владимировны. Судьбе непростой, но всё-таки счастливой, несмотря на трагический - в итоге - уход. Судьбе сильного и светлого человека, неравнодушного к чужим радостям и печалям, оставшегося до самой старости верным идеалам юности. Человека с активной жизненной позицией, твёрдо верящего в незыблемые ценности,  пытливо всматривающегося в жизнь и в себя, стремящегося полнее осознать своё место в мире и среди людей. Большого поэта, тонкого лирика без пафоса. И ещё - всегда красивой, подтянутой, молодой духом женщины, в которой хрупкая, трогательная женственность, нежность и чуткость любящей души удивительным образом сочетались с мужеством, отвагой, решимостью, прямотой, твёрдостью и силой духа. Быть может, именно это сочетание контрастных черт и придаёт особую силу, рельефность и психологичность её поэзии, которая тоже нередко строится на контрастах.

Мы стояли у Москвы-реки,
Тёплый ветер платьем шелестел.
Почему-то вдруг из-под руки
На меня ты странно посмотрел -
Так порою на чужих глядят.
Посмотрел и - улыбнулся мне:
- Ну какой же из тебя
Солдат?
Как была ты, право,
На войне?
Неужель спала ты на снегу,
Автомат пристроив в головах?
Я тебя
Представить не могу
В стоптанных солдатских сапогах!...

Я же вечер вспомнила другой:
Миномёты били,
Падал снег.
И сказал мне тихо
Дорогой,
На тебя похожий человек:
- Вот лежим и мёрзнем на снегу,
Будто и не жили в городах...
Я тебя представить не могу
В туфлях на высоких каблуках...

                              ("Два вечера")

Война изломала много судеб, а эту судьбу она словно выковала в горниле. Доказав тем самым в очередной раз, что судьба человека зависит не столько от привходящих в его жизнь извне событий и испытаний,  сколько от внутренней настройки его личности, от того, как он переносит эти испытания, чему учится  в них. Юлия Друнина потом не раз скажет спасибо своей фронтовой юности, которая научила её верности солдатской дружбы, дала высокие точки отсчёта, заставив предъявлять и к жизни, и к себе строгие требования, сформировала как поэта, и -  обострила чуткость души, сердечную доброту, нежность и сострадание, научив острее ценить неповторимость каждого мгновения жизни, каждого мгновения теплоты человеческого сердца:

Я родом не из детства - из войны.
И потому, наверное, дороже,
Чем ты, ценю я радость тишины
И каждый новый день, что мною прожит.

Я родом не из детства - из войны.
Раз, пробираясь партизанской тропкой,
Я поняла навек, что мы должны
Быть добрыми к любой травинке робкой...

                ("Я родом не из детства - из войны...")

Примером своей жизни и строками своих стихов Юлия Друнина несёт людям веру в человека, напоминая о том, сколь великая нравственная и душевная сила сокрыта в хрупкой на вид женщине - дарительнице и хранительнице жизни, способной пронести сквозь пепел беды и огонь тяжёлых испытаний веру, надежду, любовь:

Наши души сильны и гибки -
Привыкаешь к беде, к войне.
Только к чуду твоей улыбки
Невозможно привыкнуть мне...

             ("Ко всему привыкают люди...")

 

В статье "Безумно страшно за Россию...", посвящённой творчеству Юлии Владимировны, её автор Г. Красников писал: "Женщины любили (и продолжают любить!) поэзию Юлии Друниной за то, что в её лирических стихах нежность и чистота не были безвольными, умели за себя постоять. Кажется, именно в ней сбылись, обернувшись неожиданным буквальным смыслом, пророческие слова Фёдора Достоевского - "красота спасёт мир": мир - от войны на земле, мир в Отечестве, мир в семье, в доме..."

Стало зрение сердца острее,
Если сердце прошло через ад...
Дорогие, миритесь быстрее -
Несущественно, кто виноват.

Я прошу вас, давайте не будем
Рвать мосты за собой сгоряча...
Почему это близкие люди
Рубят прямо по душам сплеча?

Я прошу вас, поймите быстрее -
В битве душ победителей нет.
Стало зрение сердца острее
После всех испытаний и бед.

           ("Стало зрение сердца острее...")

О трагическом добровольном уходе Юлии Друниной писали многие, пытаясь понять, почему это произошло. Она ушла из жизни в ноябре 1991-го года, не захотев смотреть, "как летит под откос Россия". Ушла вслед за любимым человеком и фронтовыми друзьями, оставив нам заветы своих стихов.

Есть круги рая,
А не только ада.
И я сквозь них,
Счасливая, прошла.
Чего ж мне надо,
Да, чего ж мне надо?
Ни на кого
Держать не стану зла.
За всё, что было,
Говорю - "спасибо"!
Всему, что будет,
Говорю - "держись!"

Престолы счастья
И страданий дыбы:
Две стороны
Одной медали -
"Жизнь".

...Каждая эпоха испытывает своих детей по-разному. Наше время испытывает нас низвержением прежних идеалов, нивелированием этических ценностей, потерей нравственных и духовных ориентиров, толкает к поискам и осознаниям каких-то новых (или хорошо забытых старых?) ключевых вех. Мы - как кораблики в тумане - плывём подчас без карты и радиосвязи по одному лишь внутреннему компасу, который может и ошибаться, путать полюса... Ветер дует то в одну, то в другую сторону... Мы теряемся в тумане... Не всегда хватает твёрдости и веры развернуть корабль против ветра, побороться с волнами сомнений, не плыть по течению...  Но есть люди, которые своей жизнью и творчеством зажигают в тумане маячки-ориентиры. Такой была поэт и человек Юлия Друнина.

***

Рекомендуется к прочтению:

  1. Ю.Друнина. Неповторимый звёздный час (стихи, поэмы, воспоминания, письма). - Москва: Эксмо-Пресс, 2000.

  2. Ю.Друнина. Лирика (стихи, поэмы, воспоминания) - с вступительной статьёй Н.Старшинова "Планета Юлия Друнина" и заключительной статьёй Г.Красникова "Безумно страшно за Россию". Москва: Эксмо-Пресс, 2002.

Библиография использованных материалов:

  1. Ю.Друнина. Лирика (стихи, поэмы, воспоминания) с вступительной статьёй Н. Старшинова "Планета Юлия Друнина" и заключительной статьёй Г.Красникова "Безумно страшно за Россию". Москва: Эксмо-Пресс, 2002.

  2. Александра Алешина. Жизнь и смерть Юлии Друниной // "Независимая газета" от 25.12.99.

Опубликовано в журнале "Русский язык и литература для школьников". 2006. № 3. С. 47-52.

Источник: http://noogen.2084.ru/Heroes/yu-drunina.htm