Институт России  Портал россиеведения 

 http://rospil.ru/

 

Каталоги  Библиотеки  Галереи  Аудио  Видео

Всё о России  Вся Россия  Только Россия  

Русология   Русословие   Русославие

 

Главная   Гостевая   Новости портала   О портале    Каталог "Россия в зеркале www"

 

Мы любим Россию!

 

Россиеведение


РОССИЙСКИЕ РЕФОРМЫ И США: КТО ВИНОВАТ И ЧТО ДЕЛАТЬ?

В. Малов

 

В России долго еще будут вестись споры о политических и социально-экономических процессах 1990-х годов, о причинах столь тяжелых последствий реформ и путях их преодоления, о роли, которую сыграли в осуществлении преобразований отдельные политики, группировки или целые социальные слои, — словом, о том, кто виноват и что делать. И в нашей стране, и за рубежом выходят мемуары участников недавних событий, книги журналистов и политических деятелей, исследования специалистов. Однако в рамках этой дискуссии не слишком часто анализируются внешние факторы российского транзита, в частности, то влияние, которое оказала на него ведущая держава Запада — США; еще реже такой анализ проводится объективно, с научных, а не партийно-публицистических позиций. Конечно, в некоторых изданиях можно встретить утверждения, будто реформы были спланированы в США, а Горбачев и Ельцин — агенты ЦРУ. Но все это к объективному научному анализу и пониманию драмы общественного переустройства имеет весьма отдаленное отношение — хотя бы потому, что для самих Соединенных Штатов, судя по многочисленным высказываниям американских политиков и специалистов, и перестройка в СССР, и приход Ельцина к власти явились полной неожиданностью. Тем не менее США действительно заметно повлияли на ход преобразований в нашей стране: достаточно сказать, что многие “рецепты” реформ соответствовали теоретическим моделям, разрабатывавшимся американскими экономистами и политологами.

Книга видного специалиста по истории России, профессора Нью-Йоркского и Принстонского университетов С.Коэна содержит богатый материал по данной проблеме. Эта работа несомненно занимает особое место в ряду многочисленных исследований российских преобразований; более того, она, на мой взгляд, во многом уникальна. Уникальна непредвзятостью взгляда, взвешенностью и честностью оценки, которую дает американский ученый роли США в проведении модернизации в России. Интересна уже сама структура издания. Книга состоит из трех частей. В первой, озаглавленной “О России без России”, даны общие теоретические положения, проходящие красной нитью через всю работу и определяющие подходы автора к рассмотрению поставленных вопросов. Во второй части — “Американский крестовый поход и посткоммунистическая Россия: безумие и трагедия 1992 — 2000 гг.” — приведены статьи и интервью Коэна 1990-х годов, снабженные краткими послесловиями, написанными при подготовке книги. Наконец, третья часть — “На пути к новой российской политике” — посвящена поискам иных, более плодотворных способов и механизмов политического и экономического взаимодействия России и США, приоритетам и предпосылкам новой американской политики в отношении нашей страны.

Что же выделяет эту работу среди других исследований? Во-первых, анализируя происходившее, автор учитывает, насколько тесно переплелись в недавних событиях интересы внутренней (как российской, так и американской) и внешней (международной) политики. Во-вторых, критикуя ход и результаты российских реформ 1990-х годов, подводя горькие итоги сознательно проводившегося курса на ускоренное создание в России “класса богатых”, ученый демонстрирует глубокое понимание предмета. В-третьих, в книге рассматриваются отношение американских политиков, журналистов, экспертов, ученых к российским реформам, их оценки и рекомендации, та роль, которую они вольно или невольно сыграли в осуществлении этих реформ. Автор, не будучи, как он сам подчеркивает, сторонником социалистических или коммунистических идей, тем не менее показывает, каким социальным потрясением для основной массы россиян стала ориентация наших реформаторов на копирование американской “неолиберальной” модели, полностью игнорировавшая исторические и культурные особенности России и разрушавшая социальные структуры, необходимые для выживания широких слоев населения. Такая ориентация, которую приветствовали многие американские политики и которая преподносилась как единственно верная большинством российских и американских средств массовой информации, обернулась на деле упрочением господства слегка обновившегося чиновничества и крупных собственников, множеством нитей связанных с тем же чиновничеством. В итоге вместо модели “народного капитализма” восторжествовала модель капитализма “номенклатурно-бюрократического”, вместо общества многочисленного и сильного среднего класса утвердилось общество “высшего класса” — высокопоставленных чиновников и олигархов; мелкое предпринимательство было полностью задавлено государственным и криминальным рэкетом, а само государство оказалось коррумпированным и неэффективным.

В данной связи нельзя не отметить чрезвычайную актуальность вопроса, сформулированного Коэном еще в самом начале российских реформ: “Вновь встает проблема, которую не одолел Горбачев и которая одолела его, — как на деле осуществить маркетизацию и демократизацию системы, в которой значительная часть местного чиновничества, превратившаяся за десятилетия в замкнутую касту политических, экономических и военных властителей, противостоит населению в целом?” (с. 91-92). Эта задача за истекшие десять лет не только не была решена, но лишь усложнилась, породив новые завалы на пути развития страны. К сожалению, российская политическая наука тоже не слишком преуспела в анализе этой центральной для России проблемы и выработке конструктивных ее решений. Более того, проблема, о которой идет речь, часто понимается крайне упрощенно; так, нередко звучащие призывы укротить чиновничество с помощью “нового Сталина” и репрессий свидетельствуют главным образом о попытках реанимировать прошлое, а не о современных подходах к перестройке государственного аппарата. Между тем без развития местного самоуправления и самодеятельных структур гражданского общества, без массового мелкого и среднего предпринимательства, свободного от чиновничьего контроля и произвола, без административной реформы, направленной на дифференциацию и модернизацию архаичного бюрократического аппарата, Россия будет обречена ходить по историческому кругу, все более отставая от развитых стран и все более приближаясь к окончательному распаду государства и общества.

Для российских политологов несомненный интерес представляет критика Коэном методологии таких направлений американской политической науки, как “советология” и “россиеведение”. Советология, подчеркивает Коэн, базировалась прежде всего на концепции тоталитаризма, а современное американское “россиеведение” — на упрощенных транзитологических концепциях. Критикуя методологические посылки, лежащие в основе этих теорий, автор замечает: “Недостатки у транзитологии и тоталитарной ортодоксии одни и те же, только с разным знаком. Обеим школам присуща четко выраженная идеологическая направленность, обе берутся объяснять все: и прошлое, и настоящее, и будущее России. Как и предыдущая модель, транзитология трактует причины и последствия явления, исходя из одной-единственной идеи. Для тоталитаризма это абсолютная власть государства в России и практическая невозможность перемен к лучшему; для транзитологии — ‘гражданское общество’ и безусловность таких перемен” (с. 38).

Давая характеристику большинству американских исследований России, Коэн использует хлесткую, но довольно точную формулировку “россиеведение без России”. Вероятно, он имеет в виду тенденцию изучать политическое развитие страны, исходя из неких “очевидных” и “общепринятых” универсальных концепций и идей, а не из конкретного материала российской действительности. Но в таком случае следует признать, что формула “россиеведение без России”, увы, применима и к некоторым работам российских авторов, пытающихся использовать универсальные схемы без необходимой их адаптации к российским реалиям и без учета конкретики, в подобные схемы зачастую не вписывающейся.

Коэн не случайно критикует российских реформаторов за пристрастие к подобным универсальным схемам, основанным на американской либеральной модели, замечая, что кроме американской существуют и иные рыночно-демократические модели (с. 38). Задача, как представляется, заключается не в том, чтобы отбросить американский либерализм, который эффективно “работает” в США; она состоит прежде всего в том, чтобы понять причины неэффективности или малой эффективности российского либерализма. И здесь следует обратиться к факторам, обусловившим стремительную победу либеральных воззрений среди представителей формировавшейся “демократической” оппозиции. В 1990 — 1991 гг. под влиянием “бархатных революций” в Восточной Европе и неудач экономической политики Горбачева лидеры оппозиции во главе с Б.Ельциным, т.е. вчерашние коммунисты, “вдруг” почти в одночасье стали либералами. Другими словами, либерализм не был до конца выношен, выстрадан Россией, а был как бы “имплантирован”, превратившись в значительной мере в имитацию. Это ощутимо повлияло на проведение российских реформ, сделав неизбежным слепое копирование западных, прежде всего американских, политических и экономических институтов. Но западные институты, пересаженные на российскую почву, очень быстро начали выполнять совершенно иные функции, вытекавшие из стремления советской номенклатуры как можно скорее конвертировать власть в собственность, не теряя и самой власти. “Либерализм” оказался в данном смысле настоящей находкой, оправдывавшей и грабительскую приватизацию, и варварскую эксплуатацию природных и человеческих ресурсов, и отстранение подавляющей части населения от собственности и власти. В итоге российский “имитационный либерализм” так и не стал либерализмом социальным, который только и мог обеспечить России стабильное социальное и политическое развитие.

В заключение вслед за Коэном подчеркну, что анализ и положительного, и отрицательного опыта участия США в модернизации и реформировании России важен для будущего всего мира. С одной стороны, модернизация такой огромной державы, как Россия, не может быть лишь ее частным делом; результаты этой модернизации будут сказываться на многих процессах и событиях в мире. С другой стороны, Россия в одиночку решить свои многочисленные проблемы не в состоянии. В свое время — сразу после второй мировой войны — США оказали эффективную помощь бывшим противникам — Германии и Японии. В 1990-х годах США и другие развитые страны столь же действенно помочь России не смогли или не пожелали. (Предоставлявшиеся кредиты ни в коей мере не могут считаться такой помощью, поскольку, по справедливому замечанию Коэна, полная несостоятельность подобной “поддержки” была продемонстрирована еще в 1920-е годы на опыте Веймарской Германии.) Конечно, ключи к решению большинства проблем России в ней самой, но в том-то и дело, что в эпоху глобализации любые проблемы — будь то коррупция, организованная преступность, неэффективность государства и отсталость экономики, слабость контроля за ядерным оружием и ядерными технологиями — становятся международными. И пожинать плоды их нерешенности придется не только России, но — так или иначе — всему миру. А потому основной пафос книги профессора Коэна сводится к вопросу о том, как способствовать подлинной, а не мнимой модернизации России, чтобы нейтрализовать опасные последствия неудачных реформ.

Источники:

Журнал «Полис» («Политические исследования»)

 

http://www.rusref.nm.ru/

 

 

Дата первой публикации Портала "Россия" - апрель 2006 г.

Разрешается републикация любых материалов Портала

Об авторских правах в Интернете