Институт России  Портал россиеведения 

 http://rospil.ru/

Каталоги  Библиотеки  Галереи  Аудио  Видео

Всё о России  Вся Россия  Только Россия  

Русология   Русословие   Русославие

 

Главная   Гостевая   Новости портала   О портале  Блог-Каталог "Россия в зеркале www"  Блог-Пост  Блог-Факт

 

Мы любим Россию!

 

Русский Путь  Россия в мире

 

Почему ученые не считают этрусков славянами

Oб авторе

 

Как правило, ученые не считают этрусков славянами без каких-либо объяснений такой позиции. Наиболее демократичной среди них явилась этнограф Наталия Романовна Гусева, которая все-таки попыталась объяснить причину такого положения вещей. Поэтому я приведу обширные цитаты из ее рассуждений и дам соответствующий комментарий.

«Одной из главных трудностей, связанных с определением времени возникновения термина «рос/рус» и распространения его в литературных источниках других стран и народов, является их затянувшееся на многие века отсутствие широких контактов с этим народом, равно как и неимоверное разнообразие оценочных данных о возникающих контактах. Историк В.Я. Петрухин точно оценил эту давнюю ситуацию: «Для отстраненного взгляда »извне», со стороны византийских и арабских авторов, это был народ «неизвестный» и «неименитый», варварский, языческий; его происхождение связывалось, прежде всего, с народами-монстрами края ойкумены – Гогом и Магогом, князем Рос и т.п.» (ПЕТ, с. 69)« (ГУС, с. 104-105). Хотя на первый взгляд историки правы, однако при этом никому не приходит в голову простая мысль, что основные источники по истории славян и Руси просто либо уничтожены, либо, что более вероятно, изъяты из широкого употребления и хранятся в спецхране Ватикана. Так что не было никакого затянувшееся на многие века отсутствие широких контактов с этим народом, равно как инеимоверного разнообразия оценочных данных о народе «рус», а существовала многовековая затянувшаяся цензура на целостное и непротиворечивое изображение истории русов. Я очень хорошо помню 50-е годы ХХ века, когда в России невозможно было где-либо найти не карикатурное изображение Адольфа Гитлера и составить себе представление о развитии НСДАП Германии – все источники информации были изъяты цензурой, а лица, интересующиеся проблемой положения различных политических сил в Германии, могли быть заподозрены в неблагонадежности. И это – вполне понятно, поскольку Россия и Германия находились в состоянии войны, и даже спустя несколько лет после ее окончания образ противника мог быть только карикатурным. То же самое мы имеем и в истории средних веков: пришедшие на славянские земли германцы и италики завоевывали свое место под солнцем сначала огнем и мечом, уничтожая хозяев приютившей их земли, а затем и истребляя память о них. Сходная ситуация разыгрывается на наших глазах в Косово, где сербов, приютивших бежавших из соседней Албании жителей эти же жители-албанцы стали сначала выдавливать, а затем и просто уничтожать. Уничтожению подверглись и все славянские святыни на этой территории, чтобы ни у кого не возникло сомнения, что косовские албанцы жили в этой местности ВСЕГДА, а не с середины ХХ века. Заметим, что остальные европейские народы, и прежде всего германские и италийские, встали на сторону ПРОТИВНИКОВ СЛАВЯН, то есть, просто продолжили ту линию, которую они проводили в течение многих столетий.

Было бы странным в такой ситуации найти у косовских албанцев какие-либо непротиворечивые данные о проживавших на этой территории сербах и об их святынях. Даже если чудом такие сведения и останутся, они будут противоречить массе других сведений, так что подлинную картину албанской экспансии восстановить по ним не удастся. Последующие поколения будут убеждены, что ШКИПИТАР, то есть, албанцы, тут проживали много тысячелетий. И сербы будут мимолетно упомянуты как народ «неизвестный» и «неименитый», варварский, языческий; его происхождение будет связываться, прежде всего, с народами-монстрами края ойкумены. Естественно, сербы будут показаны изуверами, извергами, людоедами и преступниками, но никак не защитниками собственной земли от варваров-пришельцев. Заметим, что такую же участь сербы уже один раз переживали, когда на том же Косовом поле они потерпели поражение от турок; и тогда у турок не было никаких сведений о предшествующих святынях этих славян, а даже если какие-то подлинные документы и попали в их руки (ведь Константинополь имел мощные исторические архивы), то они были уничтожены. Известно даже, как это было сделано. Екатерина Великая писала: «Но понеже архивными бумагами бани султанские топят, то, вероятно, и сия грамота к тому же давно употреблена, буде тамо лежала» (ИМП, с. 168). Топить архивными документами, ценность которых неисчислима, бани можно только в одном случае: когда это документы врагов, память о которых не должна сохраняться. Слово «сербы» у европейцев стало пониматься как servi, то есть, слуги; а слово sclavi, то есть, славяне, и вовсе как рабы. Заметим, что такое уничижительное название исконных европейцев со стороны пришлых германцев и италиков возможно только в условиях победы пришельцев над хозяевами.

Но обратного не было, и германцы считались у славян немцами, то есть народом, немовавшим, не говорившим на единственном языке того времени, на русском. Наши предки не считали какой-либо народ слугами или рабами, поскольку сами не знали рабовладения. Именно поэтому они пустили чужаков на свои земли, считая их такими же людьми, как и сами. Им не приходило в голову, что новые соседи со временем займутся истреблением и порабощением славян, а еще позже – и искоренением исторической памяти о славянах. Последнее деяние имеет четкое название, введенное после второй мировой войны: холодная война. В отличие от горячей эта война в двух плоскостях: экономической и информационной. Нас будет интересовать последнее.

«Исходя из форманта «рус/рос» в качестве корня слова, ученые произвели правильную расшифровку, например, названия области на южном побережье Балтийского моря – Пруссии, восходящее к давнему наименованию этой земли, Порусье, или же землей у реки Русс, как наименовался Неман в летописях и как он именовался на картах еще в начале ХХ века (и именуется на современных польских картах)« (ГУС, с. 106). Полагаю, что здесь показан пример одного из блестяще выигранных немцами эпизодов холодной войны: река Русс стала рекой Неман, то есть русская принадлежность местности уступила место немецкой, хотя само слово НЕМАН – русское (немцы называют себя Deutsche). Еще интереснее был выигран эпизод с Порусьем, то есть с «землями вдоль Руси»: вначале пруссами стали называть пришлых прибалтов, родственников литовцев и латышей, а затем – занявших эту область немцев, который выбили прибалтийских пруссов. Иными словами, отпадение Порусья от Руси произошло в два этапа. И тогда получается, что немцы воевали с пруссами, а к Руси это вроде бы вообще не имеет никакого отношения. Однако, докопавших до подлинных исторических названий в двух данных эпизодах, ученые тем самым ослабили последствия такой картографической экспансии германцев. Ослабили, но не ликвидировали, ибо русские школьники на уроках географии все равно заучивают слова Пруссия и Неман, а не Порусье и Русс.

«Наряду с закономерно толкуемым разъяснением образования названия местностей или рек, в научных изысканиях сложилась и менее закономерная трактовка этнонимов. И вот на этом поле возникло много противоречий в разъяснении, например, этнонима «этруски». После тог, как в течение двухсот лет ученые многих стран пытались объяснить происхождение этого народа и выявить его связи с населением других, как соседних, так и отдаленных стран, в XIX веке в России была опубликована книга Е. Классена «Новые материалы для древнейшей истории вообще и славяно-руссов» (КЛА), в которой были приведены расшифровки и прочтения надписей на надгробных плитах и некоторых таблицах этрусков, и эта расшифровка сводилась к тому, что языком этих надписей был русский. Поводом к такому толкованию послужило то, что шрифт надписей был близок греческому алфавиту, от которого производят и кириллицу. Увлекшиеся его расшифровкой русские читатели, а также и некоторые исследователи не обратили внимание на то, что на таком современном русском, который предлагал Классен, не могли говорить в Этрурии во II-I тысячелетиях до н.э., как датируются эти надписи« (ГУС, с. 106-107). – Судя по многочисленным неточностям (состоящим в усечении и искажении названия книги Е. Классена не только в данном тексте, но в списке литературы, в упоминании имени Е Классена в качестве автора дешифровок, хотя на самом деле автором являлся Тадеуш Воланский, который вставил в книгу Е. Классена свою книгу, отсутствия в книге каких-либо «этрусских таблиц» и т.д.) сама Н.Р. Гусева эту книгу Е. Классена не читала, а ее мнение составлено по чужим отзывам. Для меня как исследователя данной проблемы представляет интерес и то, что надписи датируются ею не только первым, но и вторым тысячелетиями до н.э.; похоже, что это – датировка XIX века. В наши дни наиболее древние этрусские надписи датируют уже VIII веком до н.э., то есть, их хронологию приблизили к нашим дням на 12 веков. Хотя, на мой взгляд, надписи моложе еще примерно на 12-15 веков. Что же касается «современного русского», на котором якобы говорят надписи Т. Воланского, то с одной стороны, русский язык этрусского времени до меня никто не исследовал, поэтому говорить о том, «современный» он или «древний» весьма сложно. С другой стороны, дешифровки Т. Воланского, весьма прогрессивные для своего времени хотя бы по благородному желанию считать язык этрусков славянским (как истинный поляк Т. Воланский никогда не считал, что этрусский язык являлся языком русским, он лишь переводил этрусские надписи на славянские языки, включая польский, и русский), все же были неверными, так что считать эту попытку образцовой нет никаких оснований. Так что возражения Н.Р. Гусевой 1) написаны с чужих слов, 2) допускают неточности в знании источника и, следовательно, неточности в его интерпретации, 3) объявляют одну из неудачных попыток чтения этрусских текстов примером доказательства принадлежности этрусков к славянам и 4) осуждают неудачную попытку Т. Воланского для остальных читателей с позиций якобы существующего знания о русском языке этрусского времени. Поэтому мнение Н.Р. Гусевой у меня не только не вызывает доверия, но и содержит все признаки непрофессионального обращения с рассматриваемым источником.

«Историк Ю.Д. Петухов разработал схему генеалогического древа индоевропейских языков, производя их от «протославян-бореалов», и в число других потомков этого предка включил также и этрусков, назвав их «расено-этрусками»; при этом в своей книге «Дорогами богов» он прослеживает связь Этрурии с Малой Азией – через Балканы на Северную Италию, замыкая этот круг через Днепр и Черноморье, а также связывая этрусков и с предками славян« (ГУС, с. 107). Труды Ю.Д. Петухова не хотелось бы обсуждать походя; полагаю, что со временем я дам развернутую рецензию этих интересных построений; здесь важно то, что он упоминал этрусков как славян.

«Он не был новичком в своих поисках – о заметном влиянии на этрусскую культуру и искусство многих сторон малоазийской культуры писали многие исследователи уже в XIX веке. Большим сводным трудом по истории, культуре и языку этрусков явилось капитальное исследование французского историка-востоковеда З. Майяни «Этруски начинают говорить». Предварив свой труд подробным обзором предшествующих публикаций, автор указывает, что в Этрурии обнаружены некоторые слова и знаки, не поддающиеся расшифровке как принадлежащие к системе индоевропейской семьи, но основная масса лексики явно соотносится с этой системой« (ГУС, с. 108). Закари Майяни взялся за почти невозможную задачу: осмыслить как некий язык то месиво, в которое превратил этрусский язык своим «чтением» Массимо Паллоттино, который просто «поделил на слова» непрерывные надписи и «транслитерировал», то есть дал латинское написание этрусских текстов. Как я показываю в своей книге об этрусках, которую я уже сдал в издательство, не зная реверсов, то есть перестановок этрусских букв, а также лигатур или, напротив, расчлененных начертаний букв, не зная этрусских слов, практически невозможно даже разделить текст на слова. Могу это проиллюстрировать только что процитированной фразой: Он не был новичком в своих поисках. Если ее написать без пробелов, а потом разбить на слова, зная, например, только русские предлоги, то может получиться такой текст: О ННЕБЫ ЛНО В ИЧК О МВСВ ОИ ХПОИ С КАХ. Эту галиматью можно с важным видом изучать, например, заметить, что ОИ и ХПОИ являются чем-то вроде личных притяжательных местоимений типа МОИ, ТВОИ, СВОИ, а слово ННЕБЫ является существительным во множественном числе. Существительными являются также слова ИЧК, МВСВ и КАХ, поскольку перед ними стоят предлоги. Однако эти же «слова» указывают на то, что данный язык – не индоевропейский. А о том, что «дешифровка» идет якобы правильно, говорят действительно существующие в русском языке предлоги О и С – только тут они выделены совсем не там. Так что Закари Майями читал на самом деле латинский суррогат этрусского, и его книгу следовало бы озаглавить «Суррогат этрусского начинает что-то лепетать», ибо он более чем за четверть века смог осмыслить порядка 300 слов суррогатного языка, тогда как мне удалось за 2 года выявить более 2000 этрусско-русских словоформ.

Возникает законный вопрос: неужели же профессионалы этрускологи за более чем два века наблюдений не поняли, что имеют дело с разновидностью русского языка? Полагаю, что поняли. Точно так же, как европейцы прекрасно понимают, что албанцы не имеют никаких законных прав на Косово. Однако, от славян, полагают они, необходимо избавляться любой ценой. Приняли Польшу, Чехию, Словению в Евросоюз? Хорошо, но зачем им платить такие же подъемные, как и остальным европейским странам? И вот уже премьер-министр Великобритании Тони Блейр озвучивает проект сокращения выплат со стороны Евросоюза всем странам-новичкам. Возвращаясь к нашим проблемам, зачем говорить о том, что этрусский язык был славянским? А вдруг в извлеченных из земли надписях содержится нечто, идущее вразрез с принятой европейской историографией, в которой славян изгнали из античного периода? Вдруг там окажется, что существовали и Русь, и Москва, и именно «рука Москвы» повелела создать Рим? Тогда пойдут насмарку все многовековые труды европейцев по изгнанию славян из древней истории, и столь чудесно для европейцев идущая «холодная война» обернется контрнаступлением славян. Так что Массимо Паллоттино – это европейский интеллектуальный герой, додумавшийся до гениального по своей простоте подхода: перевода этрусского эпиграфического наследия в абракадабру под предлогом «удобства чтения». Таким же «героем» является и Закари Майяни, сумевший из тысяч фрагментов этой абракадабры выудить нечто, похожее на слова, и придать им какой-то смысл. Теория вероятностей это позволяет: чем больше массив и чем больше из него выборка, тем вероятнее в ней обнаружить именно то, что нам нужно. Так, например, из искореженного выше текста в виде О ННЕБЫ ЛНО В ИЧК О МВСВ ОИ ХПОИ С КАХ можно выудить некий смысл, например, О, НЕБЕСА (ВО)ЛЬНЫЕ В (ПО)ИСКАХ, О МОВСАИ (В)ОИ (НА)ПОЕННЫЕ, С КОЛХИДЫ! Так что было бы желание сделать суррогат, а уже как-то проинтерпретировать его будет всегда возможно!

«Свою главную мысль, что язык этрусский ближе всего в этой системе стоит к албанскому языку, он доказывает тщательным и обильным анализом, как отдельных слов, так и фразеологических конструкций, и прилагает словарь совпадающих и сходных этрусско-албанских слов« (ГУС, с. 108). И опять у меня закрадывается мысль, что данное суждение составлено либо от поверхностного просмотра книги З. Майяни, либо от знакомства с чужим мнением. Майяни как раз показывает, что русскую фразу НЕ ТКНЕ он силился читать именно задом наперед, как ЭНКТЕН, вопреки этрусскому написанию справа налево. Спрашивается, зачем? А затем, чтобы доказать, что это слово албанское. Но на это у него ушло четверть века. Да и доказательство получилось слабое, неубедительное. А прочти он как следует, ему пришлось бы сказать, что перед ним – русский язык. Так что нет у него ни тщательного, ни обильного анализа, а есть видимость: то есть, более или менее явные подтасовки. Но любая подтасовка требует какой-то видимости оригинала, на что и уходят годы. Впрочем, если Н.Р. Гусева путала Е. Классена и Т. Воланского, а у последнего этрусское чтение принимала за русское, то нет ничего удивительного в том, что метод перебора, самый примитивный из всех существующих, какой нам продемонстрировал З. Майяни, она приняла за тщательный и обильный анализ. Впрочем, она – этнограф, а не эпиграфист, и это ее извиняет. Будь она внимательнее, она бы ни за что не стала ссылаться на труд З. Майяни, изобилующий массой натяжек и нелогичных допущений. Все это странно видеть, поскольку как симпатии, так и антипатии исследовательницы основаны на ложных предположениях.

Эпиграфическая близорукость нашей соотечественницы как нельзя более кстати блестящему воину холодной войны З. Майяни. Поставить албанцев на место этрусков в истории – это то же самое, что поставить албанцев на место сербов в Косово. Здесь сразу убивается несколько зайцев. Во-первых, этрусский язык теперь в качестве древнего албанского считается индоевропейским, что говорит о том, что этруски (а в дальнейшем и созданный ими Рим) были европейцами. Это очень важно для истории Рима и всей Западной Европы, которая, таким образом, не имеет ничего общего ни со славянами, ни с «азиатами». Во-вторых, притягивание за уши нескольких албанских слов (которые в своем большинстве сами заимствованы из славянских языков) создает иллюзию прогресса в этрускологии, в которой в связи с диверсией М. Паллоттино наметился застой. В-третьих, албанский язык относится к числу редких, поэтому примеры из него достаточно сложно проверить, он ни у кого не «на слуху». Так что к трудностям этрусского языка добавляются еще трудности албанского, и для энтузиастов дешифровок создаются почти непреодолимые завалы. Наконец, в-четвертых, для албанцев создается великолепное прошлое, и если сейчас они воюют против сербов в Косово, то симпатии простых людей в Европе должны быть отданы им, как носителям «древнейшей европейской цивилизации этрусков», а не «варварам-сербам». Так что данный «научный» вывод великолепно согласуется с нынешней политической ситуацией.

«В процессе анализа автор указывает и на те слова, которые могут быть пояснены как славянские, но, судя по тому же его словарю, совпадений здесь совсем немного, хотя они и наличествуют« (ГУС, с. 108). Небольшое число совпадений не страшно – в конце концов, все языки что-то заимствуют у соседей. Страшно было бы пойти лишь по славянскому пути целиком, а еще страшнее – по пути чтения этрусского языка как русского. Это означало бы сдачу очень важного пункта в холодной войне против славян. Зато такая уступка нескольким славянским словам обладает мощным пропагандистским зарядом: она создает иллюзию объективности исследования.

«Вся культура этрусков, прежде всего, была близка генетически связанной с ней культурой греков и римлян, но ведь и греческий, и латинский языки (даже во многих своих локальных диалектах) тоже относились к той же индоевропейской семье, так что указанное сходство с некоторыми славянскими элементами не должно вызывать удивление» (ГУС, с. 108). Действительно, и греки (но не эллины), и этруски были славянами, и тем самым обладали весьма близкой культурой. Впитавшие в себя элементы русской культуры и русского языка эллины и римляне, вполне естественно, стали принадлежать к той же языковой семье, что и русский язык; именно эта семья и была названа германскими учеными «индоевропейской» (опять мы видим то же самое: табуируется, то есть запрещается, слово русский или славянский, а вместо них вводится эвфемизм индоевропейский).

«Удивление может вызывать только то, что в изобразительном искусстве этрусков нет ничего, что могло бы наводить на мысль о близости к культуре славян. Прежде всего, сюда следует отнести надгробья и саркофаги, которые, например, в России стали появляться на местах захоронений знатных людей не раньше XVIII века в подражание западным образцам« (ГУС, с. 108). И это мнение верно отчасти: саркофаги действительно находились на месте захоронения, только вот захоронение ранних русских князей производилось не в России, а в занятой ею Северной Италии, у этрусков; я уже писал об этом в своей заметке «Опознан саркофаг князя Трувора». Так что нет тут никакого подражания западным образцам, а есть перенесение практики захоронения в саркофагах русских князей из Руси-Этрурии в Русь-Московию. Следовательно, и в данном случае вместо полного знания об особенностях русского погребения исследователь-этнограф оперирует частичным и поверхностным знанием. Опираясь на него, можно придти к весьма поспешным выводам.

«Ни изображения людей на фресках этрусков, ни их одежда или оружие, ни характер черт внешности, а тем более часто встречающиеся на прорисовках фигуры обнаженных мужчин и женщин, не могут быть исторически сопоставлены со славянами и с их древней культурой: археологи не обнаружили на Руси ничего похожего« (ГУС, с. 108). Весьма интересный пассаж. Если мы сравним современных женщин в брюках и с распущенными волосами с их предшественницами всего вековой давности в длинных юбках и высоких прическах, а современные свитера и брюки мужчин с фраками дворян того же прошлого, то мы (если мы честные исследователи) должны сказать: ни одежда или оружие, ни характер черт внешности дворян и особенно дворянок XIX века, не могут быть исторически сопоставлены с одеждой, оружием и чертами внешности нынешних русских: археологи не обнаружили на Руси XIX века ничего похожего. Следовательно, мы должны на основании этих рассуждений к нелепому выводу: в позапрошлом веке в России жили не русские. Но тут разрыв в эпохах составляет всего сто с небольшим лет. Можно подумать, что археологи знают одежду и оружие русских этрусского периода. Для рассматриваемого периода они вообще не знают ни славян, ни русских. Удивительно, почему этнограф Н.Р. Гусева не понимает такой простой истины: как можно сравнивать одежду второго тысячелетия НАШЕЙ ЭРЫ с одеждой этрусков первого тысячелетия ДО нашей эры? Согласно принятой хронологии, разрыв тут достигает ДВЕ ТЫСЯЧИ лет. И если мода круто меняется всего за сто лет, то почему она должна оставаться той же самой в течение тысяч лет?

«Зато в архитектуре и изобразительном искусстве стран Малой Азии и Северной Африки прослеживается ряд сходных и даже точно совпадающих элементов, и автор приходит к выводу, что именно от этрусков пришли эти элементы в греко-римскую цивилизацию» (ГУС, с. 108-109). Действительно, этруски передали многие элементы своей культуры эллинам и римлянам, но сами взяли ее на Руси. Что же касается Малой Азии, то ее этруски колонизовали раньше, чем север Италии. Естественно, что они принесли и туда свою культуру. Вообще-то трасса кривичей, которые стали позже называться этрусками, такова: Смоленск (и Полоцк) – Мизия (нынешняя Румыния) – Фракия (нынешняя Болгария) – Малая Азия (нынешняя Турция) – острова Кипр, Крит (нынешняя Греция) и Корсика – Северная Италия. Естественно, что во всех местах своего пребывания они оказали определенное влияние на местное население. Вместе с тем, архитектуру и изобразительное искусство Руси этрусского периода мы не знаем. Так что слово «зато» в качестве противопоставления здесь неуместно.

На той же странице 109, что и данная надпись, Н.Р. Гусева помещает «изображение на этрусском бронзовом зеркале по книге З. Майяни», замечая при этом, что тут показан «обряд любовного сочетания, чрезвычайно далекий от известной обрядности славян». И опять у нас возникает вопрос, известно ли историкам культуры что-либо о славянской обрядности первого тысячелетия до н.э.? К тому же, известно ли доподлинно, что на данном зеркале изображена именно «славянская обрядность любовного сочетания»?

Я прочитал на данном зеркале как явный текст, так и неявный. Композиция представляет собой одного юношу и пять девушек. Явные надписи, читая справа налево, гласят: ВЕ, где я полагаю, что пропущена буква С, которая слита с Е, так что первое слово есть ВСЁ, АРВН, где я полагаю, что имеется реверс, то есть, читать надо РА, а узкое пространство между этими буквами образует букву О, которая идет на конец. Таким образом, второе слово этой надписи – РАВНО. Итак, ВСЕ РАВНО.

Вторую надпись я понимаю, как ИДИШ ИС, то есть, ИСИДИШ, ИЗЫДЕШЬ. Третью – как слова СДКВИОЙ А, то есть, С ДИВКОЙ А, С ДЕВКОЙ И. Четвертую – ЖЕНЛЕ и прихватываю первую букву от следующей надписи – Й, то есть ЖЕНЛЕЙ, ЖЕНСКОЙ. Последняя надпись – ЙУДАН, что я понимаю, переставив две первых буквы назад, как ДАНЬЮ. Таким образом, явная надпись гласит: ВСЕ РАВНО ИСИДИШ С ДИВКОЙ, А ЖЕНЛЕЙ ДАНЬЮ, то есть, ВСЕ РАВНО ВЫЙДЕШЬ С ДЕВКОЙ И ЖЕНСКОЙ ДАНЬЮ. Иными словами, главный персонаж, пойдя куда-то, все равно назад придет с завоеванной данью в виде девушек или женщин. Осталось понять, кто есть кто.

 

Рис. 1. Изображение на этрусском бронзовом зеркале (вверху)

и мое чтение надписей (внизу)


На голове у юноши начертано: Е СЛАВЯНИН. Следовательно, славянин куда-то отправлялся в поход. У левой девушки на голове написано: ЭТРУСКА НА ВСЕХ. Я это понимаю, как утверждение – ЭТРУССКАЯ ЖЕНЩИНА НА ВСЕХ КОНТИНЕНТАХ. Иными словами, куда бы славянин ни пошел, отовсюду в качестве дани он может увезти этрусскую девушку или женщину. Справа от юноши, сзади всех стоит девушка, на чьей голове начертано КРИТА ВОЯКА ВОЛЬНЫЙ, а на шее – А РИМА. Таким образом, эта девушка является СВОБОДНЫМ ВОИНОМ КРИТА И РИМА. Возможно, что славянские женщины тоже могли быть воинами.

Женщина справа от юноши, изображенная в полный рост, имеет курчавые волосы, надпись на которых можно прочитать только при обращении их в цвете. Тогда читаются два слова: МАЛИ ИЗ. Продолжение написано в виде ожерелья, где вторая и третья буква написаны в виде лигатуры и перевернуты на 1800. Так читается слово АФРИКИ. Следовательно, перед нами – МАЛИ ИЗ АФРИКИ. Складки на ее груди читаются, как слово УСПЕЛА. Вероятно, эта западноафриканская страна примерно в 500 км от Дакара УСПЕЛА быть открытой славянами. Стоящая за ней женщина, как можно понять из надписи на ее голове – это КИТАЙ ВОЛНОЙ, то есть, КИТАЙ ВОЛЬНЫЙ. Тем самым, на данном зеркале подчеркивается размах славянских контактов на юге: от Мали в западной Африке до Китая на дальнем Востоке.

Последняя женщина сидит, и на ее голове читаются слова ТО РУСЬ ЭТРУСИИ. Из этого следует, что послала всех этрусков Русь. Она единственная, кого не берет в качестве дани славянин. Складки на рукаве ее правой руки передают слово ТОСКА. Вероятно, это должно означать, что отряды славян, посланные на завоевание западной Европы, прежде всего, позаботились не об интересах пославшей их страны, а о собственных, и устремились туда, где много женщин: в Этрурию, в Рим, на Крит, и даже в очень далекие страны типа африканской Мали или азиатского Китая.

Как видим, сюжет на данном изображении вовсе не тот, какой предположила Н.Р. Гусева: не «обряд любовного сочетания», а «обряд взятия женщин воином в качестве дани». Современная «большая наука», которая любит поправлять «непрофессионалов», в лице данной исследовательницы напоминает мне дошкольника, который по картинкам в книжке пытается догадаться о содержании рассказа, не умея читать. Пусть в таком случае эта исследовательница мне скажет, какие же традиции по взятию чужих женщин в качестве трофея существовали у славян, да еще в античное время. Тогда и посмотрим, далеки или близки от славян были изображенные на зеркалах этрусские традиции.


 

Рис. 2. Чтение надписей на этрусской вазе З. Майяни

Исследовательница на с. 110 приводит также «рисунок на этрусской вазе» по книге Майяни и замечает: «Нет ни одной черты, напоминающей славянских воинов». А как должны были выглядеть славянские воины, попавшие в первом тысячелетии до н.э. в Северную Италию? Что говорит на этот счет археология? Да ровным счетом ничего. Археология не знает русских этого времени, тем более не знает, как должен был выглядеть со стороны обмундирования экспедиционный корпус руссов, предназначенный для войны в условиях жаркого юга.

 

Рис. 3. Мое чтение как явных, так и неявных надписей


И все же черты славянской культуры тут есть – это сами надписи, как явные, так и неявные. Таким образом, и в данном случае скепсис исследовательницы основан на чисто внешнем знакомстве с этрусскими сюжетами, и никоим образом не является серьезным возражением.

Далее исследовательница осуждает статью В. Попова (ПОП), который говорит: «… большая часть материальных данных демонстрирует тождественность культур этрусков и древних славян, и нет ни одного факта, противоречащего этому… культура этрусков не похожа ни на кого, кроме славян, и наоборот, славяне не похожи ни на кого в прошлом, кроме этрусков». Хотя я полагаю, что со временем так и окажется, на сегодня я солидаризируюсь как раз с Н.Р. Гусевой, ибо «культура славян» античного времени пока известна весьма плохо.

Переходя к словарю этрусского языка, составленному З. Майяни, исследовательница пишет: «Таких схождений, как в славянских (русском) языках и санскрите, в этрусском обнаружить не удается» (ГУС, с. 110). Охотно верю, что это не удалось сделать Майяни, однако он имел дело с суррогатом этрусского. В самом деле, по Майяни отец будет АТА, по-этрусски – АТЕЦ, он будет АУНЕ, по-этрусски – ОН; пришел – АРТХ, по-этрусски ПРИШОЛ, умер – ТХЕК, по-этрусски АЧИЛ (то есть, ПОЧИЛ) и т.д. Не напоминают ли все эти АУНЕ, ТХЕК, АРТХ и прочее выделенные нами для примера ИЧК, МВСВ и КАХ? Тем самым, мне не просто удалось найти схождения, мне удалось показать, что этрусские отклонения от русского языка были не очень велики.

Теперь можно подвести определенные итоги. Исследователи не допускают связи между этрусков и русскими на том основании, что 1) внешне этруски по одежде и привычкам в первом тысячелетии ДО нашей эры не похожи на славян второго тысячелетия ПОСЛЕ н.э. 2) Собственных крупных этрускологов (пусть не обижаются А.И. Немировский и А.И. Харсекин) в России нет, а отечественные исследователи лишь комментируют зарубежных. Что же касается зарубежных ученых, то им этруски как славяне совершенно не нужны, а тем более как русские. Поэтому 3) Западные ученые готовы согласиться на любые этносы в качестве потомков этрусков, лишь бы эти этносы не были славянами или азиатами, а представляли собой индоевропейцев (очень удачным было предположение З. Майяни об албанцах). Именно в связи с этим они подвергают этрусский язык вивисекции и читают собственные суррогаты.

Иными словами, пока мы следуем за Массимо Паллоттино и лишь разглядываем этрусские картинки, но не стараемся прочитать надписи, а также путаем одного исследователя с другим, и говорим с чужих слов, то есть занимаемся не наукой, а игрой в нее, этруски у нас будут кем угодно, хоть древними зулусами, но только не славянами.


Литература


ГУС: Гусева Н.Р. Русский Север – прародина индо-славов. Исход предков арьев и славян. М., «Вече», 2003

ИМП: Императрица Екатерина Вторая. О величии России. М., ЭКСМО, 2003

КЛА: Классен Е. Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и славяно-руссов в особенности с легким очерком истории русов до Рождества Христова. М., 1854; репринт, М., 1995

ПЕТ: Петрухин В.Я. Начало этнокультурной истории Руси IX-XI веков. Смоленск-Москва, 1995

ПОП: Попов В. Этруски – это русские. Газета «Завтра», № 18/441, 2002 г.


Чудинов В.А. Почему ученые не считают этрусков славянами // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.12690, 09.12.2005

http://www.trinitas.ru/rus/000/a0000001.htm

 

В начало документа

[Обсуждение на форуме «Праславянская Цивилизация»]

 

© Академия Тринитаризма
[email protected]

 

Россия сосредоточивается!

 

Дата первой публикации Портала "Россия" - апрель 2006 г.

Разрешается републикация любых материалов Портала

Об авторских правах в Интернете