Институт России  Портал россиеведения 

 http://rospil.ru/

Каталоги  Библиотеки  Галереи  Аудио  Видео

Всё о России  Вся Россия  Только Россия  

Русология   Русословие   Русославие

 

Главная   Гостевая   Новости портала   О портале  Блог-Каталог "Россия в зеркале www"  Блог-Пост  Блог-Факт

 

Мы любим Россию!

 

Угрозы для России

 
См. также: Россия в миреРоссия и США * Перманентная шизофрения

 

«Всемирный фашизм» Ледина:

война венецианцев против национального государства


Аллен и Рейчел Дуглас


Статья опубликована на английском языке в журнале EIR
4 ноября 2005 года.
 

Упоминание имени Майкла Ледина, которого La Repubblica в материале за 24-26 октября «Нигергейт, большой обман» называет поставщиком знаменитых поддельных документов, использованных в качестве предлога для начала иракской войны, не вызывает никакого удивления. Напротив, для людей знакомых с карьерой неоконсервативного пропагандиста и время от времени правительственного чиновника Ледина, и его усилиями в деле развязывания войны против Ирака, а теперь и Ирана, было бы удивительно не услышать его имени в таком контексте — особенно в связи с появлением поддельных документов, свидетельствующих о поисках Саддамом Хусейном обогащенного концентрата в Нигере, именно в Италии, где Ледин чувствует себя как дома.

«Исследователь в штатном кресле свободы» в Американском институте предпринимательства, интеллектуальной цитадели неоконсерваторов в Вашингтоне, Ледин хорошо известен продвижением перманентной войны/перманентной революции в новейший период деятельности «клики Чейни».[1] В последнюю четверть века Ледин был главным действующим лицом нескольких самых одиозных закулисных операций нашего времени, включая международный картель по торговле оружием и наркотиками, ставший известным в результате дела Иран-контрас, а также операций прикрытия подстрекателей террористов и убийств, сотрясавших Италию в 70-е годы прошлого века, включая убийство премьер-министра Альдо Моро и теракт 1980 года на вокзале в Болонье.

Часто деятельность Ледина и клики Чейни преподносят доверчивым гражданам как активность всего лишь одной из группировок в правительстве США, кругах разведки и вообще в американском истеблишменте. Сами они представляются супер-патриотами и непримиримыми борцами с терроризмом. После запуска в действия проекта «Демократия» (будущий Национальный фонд демократии) в 1980-е,[2] Ледин стал использовать терминологию всемирной «демократической революции», легко прочитываемую в текстах, которые озвучивает президент Буш.

Но труды и карьера Ледина позволяют заглянуть за кулисы, и увидеть приводные ремни клики Чейни. Это синархия, о которой подробно рассказано в «Исчадиях ада» — серии брошюр, выпущенных предвыборным комитетом Линдона Ларуша в 2004 году.[3] Это стремление уничтожить современные нации-государства, смести с лица земли все остатки подлинной американской системы и создать мировую фашистскую империю, служащую интересам финансовых капиталов. Корни этого явления лежат в Венеции, в той самой Венеции, где потомки и наследники древнеримской олигархии, похоронившей саму себя, воссоздали систему ростовщичества, манипуляций и вероломства в стремлении на века закрепить за собой богатство и власть.

Ледин известен своей книгой, вышедшей в 1972 году — «Всемирный фашизм»[4]. Он никак не обычный ученый, воспылавший страстью к абстрактному понятию «всемирный фашизм», а потом попытавшийся воплотить его на практике. Все в карьере Ледина и его теоретических трудах, от юношеского трактата об итальянском фашисте Габриэле Д’Аннунцио до уже современных вымышленных спиритических сеансов с покойным мастером шпионажа Джеймсом Джизусом Англтоном (James Jesus Angleton), где он излагает планы смены режима в Иране и прочие «перспективы», выдает в нем классического деятеля венецианского типа: Парвус, только тощий, 100 лет спустя.[5]

Американский разведчик и патриот первых лет существования нашей республики, скажем, Джеймс Фенимор Купер, в романе «Браво» затронувший саму суть венецианских манипуляций, легко бы разобрался, что за явление этот Ледин. Но способность видеть английские или венецианские интриги, глубоко чуждые духу и сердцу Соединенных Штатов Америки, со временем угасла, и некоторые британские имперские планы по возвращению бывших колоний путем подрыва их изнутри удались, особенно после убийства Авраама Линкольна.[6] В середине 20-го века синархистский банкир Аллен Даллес сумел внедрить разгромленных фашистов в НАТО и соответствующие разведывательные структуры США послевоенного периода.[7] А в конце 20-го века Рой Годсон (Roy Godson) подготовил проект «Требования к разведке на 80-е годы», в соответствии с которым началась активная перекройка американских разведывательных служб по венецианским лекалам.

Майкл Ледин был одним из авторов книги, изданной в близких Годсону кругах, «Гидра резни» (Hydra of Carnage), в которой профессор Ада Боземан (Adda Bozeman) писала: «Поскольку мышление Венеции стало родным для редакторов этого тома, а также, поскольку положение Венеции в мире в период между 13-ым и 17-ым веками в чем-то схоже с сегодняшним положением Соединенных Штатов, я без колебаний предлагаю некоторые венецианские рецепты»[8]. Тенденции в разведывательной деятельности и практика внешней политики, проповедуемые Ледином практически в чистом виде, чужды принципам, на которых была построена наша республика и являются вредным заимствованием.

Проанализируем их пристальнее сквозь тексты самого Ледина и понимание его «родины» — Венеции.

Всемирный фашизм

Со студенческих лет в Висконсинском университете в начале 60-х Ледина приметили и взяли под покровительство англо-венецианские финансовые круги, те же самые люди, или же наследники тех, кто развязал Первую мировую войну и организовал приход к власти фашистских режимов в последующем. Профессор Джордж Моссе, учитель Ледина в Висконсине (позже утверждавший, что его ученик переборщил в своей любви к фашистскому диктатору Муссолини), направил его в Италию, где его взяли на попечение две важные особы. Один — Ренцо Де Феличе, наставник всех послевоенных исследований «всемирного фашизма», и другой — граф Витторио Чини, бывший министр связи в военном кабинете Муссолини. Сказочно богатый Чини, венецианский олигарх первой величины (основатель фонда Чини), был близким другом, самоназванным «братом» графа Джузеппе Вольпи ди Мизурата, лидера «венецианцев» в итальянской политике и экономике. В правительстве Муссолини в 1925-27 гг. Вольпи был министром финансов и, по сути, творцом фашистского режима.

Чтобы облегчить Ледину изучение фашизма, Чини и де Феличе открыли ему двери франкмасонских архивов Рима и Венеции, архивов, допуск к которым строже, чем к правительственным архивам многих стран.

Под таким патронажем после учебы Ледин написал и участвовал в написании ряда книг, способствовавших возрождению фашизма, но уже в новом, усовершенствованном виде. «Есть резоны утверждать, что в фашизме содержались потенциальные возможности, и он мог развиться в другом направлении» (имеются в виду «заморские приключения» Муссолини и его союз с Гитлером), — писал Ледин во «Всемирном фашизме». Эта книга получила название по имени течения «fascismo universale» в фашистской Италии 20-х годов. Сторонники этого движения выступали с некоторой критикой Муссолини. Джузеппе Боттаи и другим «молодым фашистским интеллектуалам», которым Ледин поет дифирамбы в своей книге, оказывал покровительство граф Чини, как он покровительствовал и самому Ледину, только несколькими десятилетиями ранее. Из славной биографии основателя следует, что в 1930-х сам Чини завел дружбу в кругах, склонных к диссидентству в фашизме.

Новый, всемирный фашизм возвращается к своим революционным корням, очищенный от националистических ограничений Муссолини, Гитлера и Франко. Национал-фашисты «предали» саму идею фашизма — создание совершенно нового человека в огне непрерывных войн и революций. То же, чем должно было стать движение, просматривается в ранних экспериментах, например, терроре французской революции. Читатели «Исчадий ада» увидят в этой мысли отражение синархистского проекта «человека-зверя», корни которого в милитаристском мартинистском франкмасонском культе якобинского террора и наполеоновской диктатуры.

Во введении к книге «Фашизм. Неформальное введение в теорию и практику»[9], совместному сочинению, состоящему из интервью, взятых Ледином у Де Феличе, Ледин пишет: «Ренцо Де Феличе обвиняли во всем — от «мягкости к Муссолини» до «разврата» и попыток «реабилитации фашизма» … Де Феличе утверждает, что фашистское движение связано с радикальной западной традицией, восходящей ко временам террора французской революции. Он считает, что фашизм заключает в себе хорошо аргументированную теорию человеческого прогресса и концепцию народной воли, связывающую его с экстремистскими идеями террора Руссо и порожденной этими идеями «тоталитарной демократией».

В работе «Иллюминаты и революционный мистицизм 1789-1900» де Феличе возводит фашизм к франкмасонским ложам якобинцев времен французской революции 1789 года. Де Феличе забыл упомянуть некоторые важные детали — например, покровительство лорда Шелбурна этим мартинистским ложам. Цель состояла в том, чтобы воспрепятствовать распространению идей американской революции во Франции, нашей союзнице в только что завершившейся Войне за независимость. Но другие важные моменты он заметил: фашизм, по его словам, «революционное явление», смысл которого в уничтожении всех национальных государств. Поэтому он считает фашистские режимы в период между войнами первой половины 20-го века «предательством революции». В интервью Ледину де Феличе выступает за перманентную революцию:

Де Феличе: Но все революции предавались … Троцкий назвал книгу «Преданная революция».

Ледин: Так же, как американская конституция предала американскую революцию.

Де Феличе: Именно так.

Де Феличе трубит о своей поддержке поистине сатанистского мартинистского кредо бесконечного насилия и террора, кредо человека-зверя: «Мне всегда нравился и был психологически и по-человечески интересен особый тип личности, хладнокровный, люциферовский. Есть некая общность между моими якобинцами и определенным типом фашизма» (из «Иллюминаты и революционный мистицизм 1789-1900»).

Де Феличе считал, что если «двадцать или тридцать лет назад фашизм был очень недавним опытом, слишком болезненным, и объективный научный анализ был невозможен», то сейчас (в 1970-е) фашизм можно рассматривать как «революционное явление», и если вернуть его к его корням, он может открыть «новую эру в истории цивилизации». В другом месте в книге, «Фашизм. Неформальное введение...», Ледин восхищался «актом разрушения, который будет предшествовать новой фашистской гегемонии», «сметет … хлам западной цивилизации … гниение национализма и капитализма западной цивилизации, а также ее самый старый и святой символ — Христианство».

Де Феличе и Ледин твердили о необходимости изучать ранние, революционные дни фашизма, чтобы понять его истинный, всемирный дух. Сам Ледин написал в 1975 году книгу «Д’Аннунцио, первый дуче», в которой прославляет первый в 20-ом веке эксперимент фашистского руководства, возглавлявшийся итальянским поэтом и героем войны Габриэлем д’Аннунцио. Д’Аннунцио в 1919 году захватил власть в портовом городе Фиуме (теперь Риека, Хорватия) на Адриатическом море, и правил им как городом-государством полтора года. Фиуме был моделью и источником вдохновения для Муссолини. Фирменные знаки фашизма, как-то фашистское приветствие, черные рубашки и фески, пытки и убийства касторовым маслом, были опробованы в Фиуме д’Аннунцио. Спонсоры эксперимента д’Аннунцио, Вольпи и его окружение, впоследствии создали режим Муссолини, начиная с «похода на Рим» в 1922 году.

Ледин неподдельно рад попытке д’Аннунцио вылепить фашистского «нового человека», его дионисийским призывам разрушить культурные и философские основы наций-государств: «Бунт д’Аннунцио направлен против старого европейского порядка, его двигали творчество и энергия юности, они должны были родить новый мир по образу его творцов. Смысл такой революции заключался в освобождении человеческой личности, это можно назвать «радикализацией» масс… Способность д’Аннунцио убедить своих последователей в том, что они принадлежат другой, «высшей» расе, сделала его мощным и влиятельным политическим явлением».

Д’Аннунцио утверждал, что духовную основу ницшеанского сверхчеловека олицетворял древний бог Дионис, и цель дионисийского фашистского мирового порядка состоит в разрушении образа Прометея, одухотворявшего человечество с доклассических времен. Так что для понимания будущего, которое Ледин и Чейни с его сворой готовят для человечества, следует начинать с фиумского эксперимента. Из Фиуме дорога ведет в самое чрево Венеции, где англо-голландская модель имперского финансового правления, возникшая как реакция на золотое Возрождение 15-го века, жила и здравствовала во времена фашизма, столь милые Ледину.

Фиуме: Дионис против Прометея

Для понимания феномена Фиуме необходимо поднять занавес над сценой, где на рубеже 19-20 веков действовали промышленники синархистского толка. Вальтер Ратенау, председатель Allgemeine Elektrizitaets Gesellschaft (AEG), деловой партнер Вольпи, в 1909 году выразился так: «Три сотни людей, лично знакомых друг с другом, определяют экономические судьбы Европы, и выбирают наследников из своей среды».[10]

Синдикат синархистов включал группу венецианских финансистов, группировавшихся вокруг графа Пьеро Фоскари (Piero Foscari) из древнего рода дожей (одного из семейств, из которых избирали дожа — главного олигарха Венеции). На публике венецианцев представлял Джузеппе Вольпи — финансист, промышленный магнат и высокопоставленный франкмасон.[11]

В 1905 году Вольпи занимал ведущие позиции в электротехнической промышленности Италии, причем это было только одна из областей его деятельности. При финансовой поддержке Джузеппе Тёплица, главы венецианского филиала синархистского Banca Commerciale Italiana (BCI), Вольпи и Данни Хейнеман (Dannie Heinemann) попытались создать мировой электротехнический картель. Хейнеман контролировал мощнейший Южноамериканский электрический трест, а также знаменитую фирму Barcelona Traction, Light and Power (позднее перешедшую под контроль Хуана Марча — прообраза «пастушка»-убийцы из романа Роберта Ладлэма «Круг Матарезе»). Позже, в 1922 году Хейнеман будет главным финансистом графа Куденхове-Калерги, когда тот создавал Панъевропейский союз. И сам банк BCI был создан в результате соглашения между итальянским премьер-министром и гроссмейстером масонской ложи Франческо Криспи (Francesco Crispi) с другими крупнейшими европейскими банками.

Этот всеевропейский финансовый картель снабжал деньгами масонские ложи по всему континенту, на Балканах и в Оттоманской империи, по образцам финансирования масонства в Венеции 16-го века. В последние десятилетия 19-го века и до самой смерти в 1910 году масонство официально возглавлял принц Уэльский, позже Эдуард VII, он же был главным конструктором Первой мировой войны. По его надзором происходил поворот масонства и других обществ подобного рода к откровенно люциферовским конструктам, в 1884 году было создана ложа «Четверо коронованных» (Quatuor Coronati), покровительствовавшая Алистеру Кроули, в эти же времена «творили» Блаватская, Бертран Рассел и Герберт Уэллс.

Эдуард VII также направлял деятельность Вольпи и его единомышленников, находившихся в самой гуще масонских революций и убийств на Балканах и в Стамбуле, сыгравших решающую роль в развязывании Первой мировой войны. Другим высокопоставленным итальянским масоном был Тёплиц из банка BCI, главный финансист д’Аннунцио во время эксперимента Фиуме. Сын Тёплица так писал о банке отца: «К началу Первой мировой войны отец обеспечил банку солидное положение в Италии, с сетью филиалов на Балканах, в Турции, Египте, Франции, Лондоне, Южной Америке и США. Банк был на уровне крупнейших банков мира». С начала века банк BCI контролировал большую часть электротехнической, сталелитейной, судостроительной и химической промышленности Италии. Тёплиц содержал в Венеции знаменитый салон, где часто бывала графиня Анна Морозини, «некоронованная королева Венеции», у ее палаццо часто видели яхту кайзера Вильгельма II.

Банк BCI во времена Тёплица был синонимом масонства. Позже, после Второй мировой войны, около него возникнет печально знаменитая ложа П-2 (Пропаганда-два). До перехода в католичество Тёплиц увлекался культом Денме , чьи сторонники были последователями Саббатая Цви, еврейского агента венецианской Левантской компании в Оттоманской империи, умершего в 1676 году известным «лже-мессией».. Соплеменников Цви поставили перед выбором: принять ислам или лишиться головы. Среди принявших ислам многие надели турецко-исламскую личину, оставаясь «иудеями» по убеждениям. В действительности, они не были ни тем, ни другим, а исповедовали гностический культ, по которому спасения можно достичь только совершая самые мерзкие грехи. Масоны-денме составляли основу движения младотурков, захвативших власть в Оттоманской империи в 1908 году, и были тесно связаны с д’Аннунцио и его фиумским проектом.

Венецианцы выбрали д’Аннунцио для первого фашистского эксперимента после войны — масона, героя войны с классическим образованием и поэта-сатаниста. Он состоял в масонской ложе мартинистов с псевдонимом «Ариэль» и имел масонскую степень «высшего инкогнито» (Superiore Incognito)[12]. Мартинистские обряды основаны на «магическом насилии» и вере в «прогресс» через пытки, смерть и разрушение, о чем писал Жозеф де Местр, один из лидеров мартинизма начала 19-го века. Мартинисты стояли за французским террором и наполеоновскими войнами.

Названия книг д’Аннунцио буквально источают мартинистский дух смерти: «Триумф смерти», «Созерцание смерти», «Невинный» — в которой поется осанна человеку, убившему свою жену. Д’Аннунцио получил образование у иезуитов, у него рано проявились философские наклонности, которые он в последующем развил. Один из его пастырей так о нем отзывался: «Когда кто-то пытается заговорить с ним о Боге, он приходит в бешенство … Он говорит, что Бог сотворил человека для страданий». Еще молодым поэтом он писал, что хочет воспеть человеческую чувственность и «уничтожить древний классицизм». В культурных кругах, в которых он обретался, молились на Природу, Любовь, Кровь и Землю.

Главных героев своих ницшеанских книг он всегда списывал с самого себя. В работе «Слава небу, морю, земле и героям», д’Аннунцио развивал тему, проходящую красной нитью через все его творчество: технология и прогресс есть зло, и следует возродить древние ценности, связанные с Зевсом. В стихах он рассказывает о юном поэте, отправившемся в Грецию, чтобы обрести «древние ценности». В грозу на вершине горы ему является Зевс и приказывает стать апостолом истины. Смущенный поэт спрашивает, что тот имеет в виду. Зевс говорит, что поэт должен в своей поэзии прославлять культ Диониса, что только через подчинение людей Дионису Зевс может стать владыкой Земли. Это будет означать конец истории, а конкретно, стирание из памяти любых остатков платоновского понятия «идеи».

Это вот и есть д’Аннунцио, чей фиумский мятеж 1919-1920 гг. Ледин одобрял «во многих отношениях успешным».

Муссолини, Вольпи и мартинистский корпоративизм

В книгах Ледина об экономике ничего нет, подчеркивается важность фашистской идеологии «нового», «героического» и «витального». Но следует ни на минуту не забывать, что все эти построения подчинены замаскированному главному: корпоративистская общественная организация должна служить в конечном итоге интересам олигархической банковской диктатуры.

Главным образом через Вольпи международный синархистский картель финансировал захват власти Муссолини, опять же, под дымовой завесой идеологии мартинизма. Мартинист конца 19-го века Сент-Ив д’Альвейдр утверждал, что общество должно быть организовано по корпоративному принципу, чтобы исключить модель «угнетатель-угнетенный» в отношениях между работодателем и наемным работником. Основой мартинизма Сент-Ив д’Альвейдр предложил сделать корпоративные советы как органы народного представительства, советующие правительствам. Именно так и поступил Муссолини, направляемый Вольпи. Вольпи занимал пост в Великом фашистском совете, был министром финансов и, в конце концов, возглавил Фашистскую конфедерацию промышленников. Для полноты картины символами были избраны пучок прутьев ликтора (fasces) и римский топор, что должно было означать возрождение Римской империи в новом, фашистском обличье.

В типичной речи 1937 года Вольпи, руководивший тогда Фашистской конфедерацией промышленников, повторил кредо мартинистов:

«Товарищи, дамы и господа! …Необходимо все же вкратце напомнить об основах нашего экономического роста. Среди них важнейшая — корпоративная организация, которую все сейчас считают главным и отличительным достижением фашизма.

«Corporatio» — старое латинское слово, но фашистская «корпорация» есть нечто радикально отличное от того, что знали древние — объединения ремесленников для защиты своих интересов, совершенно вне связи с какими-либо коллективистскими идеями. Фашистская корпорация представляет собой нечто противоположное, она объединяет все силы, вовлеченные в производство, примиряя классовые интересы в каждой отрасли, и интересы отраслей в целой стране…

Таким образом, наряду с деятельностью, предписанной законом, корпорации проводят чрезвычайно важную работу убеждения и просвещения производительных классов, создают моральную атмосферу, пробуждают и укрепляют во всех и каждом корпоративное мышление, совершенно необходимое для эффективности исполнения предписаний …

«Реформа палаты депутатов и образование палаты фашистов и корпораций, одобренных Великим фашистским советом, включает корпорации в законодательный механизм государства, усиливая их законодательные возможности и повышает политический и конституционный престиж».

Эксперименты в Фиуме и муссолиниевской Италии дают представление о том, что пропагандирует Ледин. Кроме всего прочего, спонсоры этих экспериментов спровоцировали в 20-ом веке две кровавейших войны на европейском континенте.

Вольпи и Первая мировая война

В первые два десятилетия 20-го века венецианцы вокруг Вольпи и Фоскари в банке BCI проявляли исключительную активность в балканском пороховом погребе, взрыв которого привел к Первой мировой войне. В книгах по истории об этой активности венецианцев на Балканах обычно ничего не пишут. Это то же самое, что забыть о Ледине в рассказе о том, как клика Чейни навязала в начале 21-го века политику «перманентной войны».

В небольшой заметке деятеля британской лейбористской партии К.Г. Нормана (C.H. Norman) говорится о том, что английские, французские и венецианские масоны стремились к мировой войне. «Где-то в 1906 году, — пишет Норман, — меня пригласили на встречу англичан, чтобы обсудить предложение о создании Английской ложи Великого Востока … Ложа должна была заняться пропагандой на стороне Антанты (Entente Cordiale)… Такое откровенно невинное начинание возражений у меня не вызывало. Но я решил выяснить, ограничивалась ли эта задумка только такими благими намерениями. К своему удивлению, я выяснил, что Великий Восток собирался приступить к реализации масштабного политического плана совместно с российской Охраной, и этот план мог быть осуществлен только в результате чудовищной европейской войны»[13].

Штаб операции Джузеппе Вольпи разместил в Черногории на восточном побережье Адриатического моря. На протяжении столетий Черногория находилась фактически в вассальной зависимости от Венеции. По словам одного из биографов Вольпи, « …за несколько лет, с 1903 по 1909 год, он превратил Черногорию в настоящую колонию Венеции, со всеми атрибутами эпохи, когда прокураторы республики набирали рекрутов для службы на кораблях и в гарнизонах на суше.[14]

Из Черногории Вольпи отслеживал сербский переворот в 1903 г., когда были убиты король Александр и королева Драга из династии Обреновичей, и к власти пришла панславянская и анти-австрийская династия Карагеоргиевичей. Вольпи даже работал на новый сербский режим, он был сербским вице-консулом в Венеции. Понятно, «Австро-Венгрия следила за действиями Венеции с подозрением».[15] Также, как и восстание младотурков в 1908 году, восстание в 1903 году в Сербии было важнейшим событием, открывавшим путь к Первой мировой войне. Это восстание вылилось в Балканские войны 1912-1913 гг. и убийство в июне 1914 года в Сараево австро-венгерского эрцгерцога Фердинанда. В 1903 году на Вольпи активно работал сербский полковник полиции Драгутин Дмитриевич-Апис, а в 1914 году Апис занимался организацией убийства в Сараево.

О перевороте младотурков говорилось в нашей недавней статье.[16] Самым важным является то, что ядро младотурков составляли денме — последователи культа, придуманного венецианцами, например, финансовый чародей Тёплиц. Родство младотурков с денме подметил еще один английский оперативник, жаловавшийся: «Всякий раз, когда я иду на встречу с младотурками, я встречаюсь со старым евреем». «Старый еврей» — деловой и масонский партнер Вольпи и Парвуса, конспиратор и торговец зерном Эммануэль Карассо. Сам Вольпи лично находился в Оттоманском банке в Стамбуле во время мятежа младотурков, открывшего широкие возможности для коммерческих и политических интриг на Балканах. Представитель Вольпи в Стамбуле, Бернардино Ногара, позже станет главным управляющим финансами Ватикана, после конкордата 1929 года между Ватиканом и Муссолини. Еще позднее некоторые протеже Ногара станут влиятельными фигурами в ложе П-2.

Операции Вольпи в Черногории дали ему рычаги влияния в России. Черногорский король Николай, повеса и наследный принц Данила, оба были по уши в долгах у венецианцев, которые раз за разом предоставляли им кредиты, когда уже никто им не давал денег. Короля Николая называли «свекром Европы». Одна из его дочерей была замужем за итальянским королем Иммануил III, две других — за русскими великими князьями. Это были «черногорские принцессы», печально известные при дворе ролью, которую они сыграли в свержении царя. Черногорские княгини, пользуясь расположением царицы Александры, устроили во дворце бесконечный парад масонских скоморохов, мистиков и религиозных шарлатанов. Среди последних был, например, вождь мартинистов и спирит Папюс, которого княгини в последующем сменили на Распутина. Муж черногорской княгини Анастасии, великий князь Николай Николаевич, был ведущей фигурой в «партии войны»: способствовал развязыванию Балканских войн 1912-1913 гг., радовался сараевскому покушению, командовал русскими войсками в первый, катастрофический год войны, а в последующем, в эмиграции, руководил англо-советской операцией «Трест» — с той стороны. После войны и революций, для которых он так много сделал.

Другим знакомцем Вольпи в Черногории был генерал Н.М. Потапов, русский военный атташе в 1903-1914 гг. Потапов занимался обучением черногорской армии, которая должна была поучаствовать в балканских войнах, а также финансировал и обучал масонских убийц эрцгерцога Фердинанда. Когда разразилась Первая мировая война, Потапов с явно второстепенного поста в Черногории был повышен до должности главного квартирмейстера русской армии, а потом и начальника русской военной разведки. После большевистской революции он проводил чистку царского военного аппарата, был первым красным начальником штаба Красной армии и военным руководителем «Треста».

Для полноты картины, следует напомнить, что Вольпи и венецианско-сицилианская мафия, заправлявшие в итальянской внешней политике, спровоцировали итало-турецкую войну 1911 года, переросшую на следующий год в балканские войны.

Ледин и SISMI

Подложные документы об «обогащенном уране» из Нигера выплыли через SISMI, итальянское ведомство военной разведки, с которым у Ледина давние связи.

Вторая мировая война, предел мечтаний Лондона и цель военных и фашистских проектов Вольпи, еще не закончилась, когда Аллен и Джон Форстер Даллесы и их единомышленники в разведке и армии США, такие как будущий «собеседник» Ледина Джеймс Джизус Энглтон, начали возрождать фашизм в новом не-националистическом, «всемирном» виде.

У Энглтона сохранились связи его отца, Хью Энглтона, бизнесмена, в 20-х и 30-х годах работавшего в основном в Италии, имевшего тесные связи с режимом Муссолини. Джеймс Джизус Инглтон руководил всеми разведывательными операциями США в Италии, начиная со второй половины Второй мировой войны до того момента, когда директор ЦРУ Вильям Колби выгнал его в 1974 году. Он был причастен к внедрению в итальянскую разведку и вооруженные силы обширной фашистской сети, этот аппарат позднее войдет в масонскую ложу П-2, возродившуюся где-то в 1970 году. Люди Энглтона, при поддержке синархистских кругов в НАТО, сыграли ключевую роль в навязывании «стратегии напряженности» — по сути террористической войны в Италии начиная с конца 60-х и на протяжении всех 80-х годов, а потом и заметании следов.[17]

Одним из главных подручных Энглтона, уже во время Второй войны, был Валерио Боргезе, «черный принц», он должен был возглавить профашистский путч в 1970 году. Писали, что по этому поводу Энглтон специально выезжал в Италию. Биографы Боргезе так пишут о его концепции всемирного фашизма, предполагающей исчезновение наций-государств в Европе, объединенной НАТО и другими панъевропейскими структурами: «Фашизм в послевоенные годы отличается от своей довоенной разновидности. Хотя в нем и появилось множество течений, сохраняется две движущие силы. Одна из них — антикоммунизм. Он примирял Боргезе с традиционными политическими партиями и спецслужбами. Он был всецело за НАТО, как и все это направление фашизма. Другая состояла в осознании факта, что ни одна послевоенная страна Европы не могла противостоять двум сверхдержавам по отдельности, поэтому такой третьей силой должна была стать вся Европа. То есть, Европа будет противостоять империалистическим близнецам — международному коммунизму и международному финансовому капитализму, их оба видели материалистичными, эксплуататорскими и обесчеловечивающими … Это течение ответственно за возникновение терроризма «Черного интернационала».[18]

Другим соратником Энглтона был Федерико д’Амато, начальник секретного Управления особых дел итальянского министерства внутренних дел. Он пропустил людей Боргезе в помещения Министерства иностранных дел для захвата оружия в ночь попытки государственного переворота в 1970 году.

Так что в 1965 году Майкл Ледин попал не только в кабинеты-гостиные компании Чини, но и в сети Энглтона. Через двадцать лет из показаний сотрудников спецслужб Италии станет ясно, что Ледин находится в центре механизма, созданного Энглтоном.

Д’Амато показал в 1986 году, что уже в 1980 году он знал Ледина «уже много лет». Имеющиеся данные свидетельствуют о бурной деятельности Ледина в Италии между серединой 1970-х и по крайней мере 1982 годом. По его собственным свидетельствам, среди его контактов на высшем уровне в тот период были д’Амато и бизнесмен Франческо Пазьенца, член ложи П-2. По многим другим свидетельствам, поддерживал он отношения и с Личио Джелли, руководителем ложи.

За этот период был похищен Альдо Моро (16 марта 1978 года, впоследствии убит), вместе с ним погибла долго им вынашиваемая идея создания представительного и устойчивого правительства при поддержке коммунистов; 2 августа 1980 года произошел взрыв на вокзале в Болонье, в результате которого погибло 85 человек; 13 мая 1981 года — покушение на Папу Римского Иоанна Павла II, отошел в иной мир Роберто Кальви, банкир ложи П-2, 17 июня 1982 года его нашли повешенным под мостом Блэкфрайер, — очевидно заметались следы финансовой деятельности ложи.

И всякий раз итальянские судейские и свидетели, выступавшие перед ними, упоминали имя Ледина как человека, неким образом «жонглировавшего» этими событиями.

Пазьенца дал показания о прямом соучастии Ледина. Они сотрудничали с 1978 года. Судебные следователи, ведшие дела о взрыве на вокзале в Болонье и роли П-2, SISMI и других структур, установили, что Ледин ввел Пазьенца в SISMI, где тот продвинулся в руководство. При этом П-2 в значительной степени контролировала структуры SISMI, а также организацию, которую итальянские чиновники назвали «Супер-SISMI», или иногда «параллельную SISMI», чья деятельность выходила далеко за рамки собственно SISMI. В суде по обвинению в распространение заведомо ложных версий с целью скрыть истинных организаторов взрыва в Болонье, Пазьенца показал:

«Супер-SISMI» не являлось структурой, но чем-то вроде [неформальной]организации. Мне предложили сотрудничать с SISMI в январе 1980 года …Я не могу назвать имена моих партнеров [в супер-SISMI], но поскольку одно имя уже было названо, я без проблем могу сказать, что среди них был Майкл Ледин, который был вхож туда еще до того, как я появился. Он продолжает сотрудничать с этой службой, и я достоверно знаю, что в 1985 году он получал все судебно-следственные материалы относительно расследования покушения на Папу Римского».[19]

Расследование в Италии установило, что прикрытие настоящих заказчиков взрыва в Болонье осуществлялось через П-2 и их контакты в SISMI (и других органах). Гроссмейстер П-2 Джелли и агент Ледина Пазьенца были осуждены за свою деятельность. Судебные следователи на процессе по взрыву в Болонье установили, что «Пазьенца занимал в SISMI исключительное важное положение … Он отвечал за контакты с агентами. Среди них был американский агент Майкл Ледин».

Заговор Храмовой горы

В случае удачи, заговор наших дней с целью подрыва мечети «Купол над скалой», расположенной на вершине горы Харам аль Шариф (Храмовой горы) в Иерусалиме, приведет к религиозной войне мирового масштаба. Во всей этой затее просматриваются следы древней Венеции и связанных с ней высших, сатанинских уровней международного масонства. Не вызывает удивления, что здесь замешан самый тесный партнер Ледина — его жена.

Журналисты журнала EIR, занимавшиеся расследованием заговора Храмовой горы, установили три главных действующих лица в 1982-1983 гг., кроме христианских и иудейских фундаменталистов, надеявшихся спровоцировать Армагеддон и приход Мессии. Это Эдуардо Реканати, скупавший землю для переселения в палестинский восточный Иерусалим еврейских фундаменталистов, Барбара Ледин, работавшая редактором «Библейского археологического обозрения», так прокомментировавшая план возрождения храма Соломона (прямо на том месте, где сейчас стоит мечеть): «Это мое детище!»; и д-р Ашер Кауфман из высшей лондонской ложи «Четверо коронованных» (Quatuor Coronati) — «научно-исследовательской ложи» мирового масонства. По мере расследования, источник, близкий Реканати, подтвердил, что Эдуардо «происходит из древнего венецианского рода банкиров, но не любит об этом говорить». (Члены семейства Реканати играли ведущие роли в масонских кругах Салоник времен Вольпи, до первой мировой войны). Физика Кауфмана, как выяснилось, направила в Иерусалим ложа «Четверо коронованных», а именно один из ее руководителей, доктор Т. Е. Элибоун (T.E. Allibone) — ведущая фигура в Королевском обществе и один из виднейших английских физиков, 30 лет бывший «хозяином поместья» — секретнейшей британской лаборатории ядерного оружия в Олдермастоне.

Вскоре после того, как EIR предала гласности информацию о заговоре, Барбару Ледин уволили из «Библейского археологического обозрения». Вместе с мужем они написали статью в New Republic, где оправдывают свое участие в заговоре.[20]

В середине 90-х редакция EIR получила предупреждение, что заговор с целью восстановить храм Соломона на Храмовой горе опять в силе. Новые расследования вывели на двух человек: Спенсера «Спенни» Дугласа Дэвида Комптона (Spencer ``Spenny Douglas David Compton), седьмого маркиза Нортгемптонского и неустанного главы Объединенной великой ложи Англии (всемирной «матери лож» мирового масонства, UGLE), действующего от лица гроссмейстера, герцога Кентского из королевской семьи, а также профессора Джулиано ди Бернардо, занимашегося по поручению и при финансовой поддержке UGLE и маркиза Нортгемптона созданием новой великой ложи Италии, после разгона ложи П-2. Ди Бернардо, ведущий светские беседы с Норгемптоном на венецианских каналах, в 1996 году опубликовал книгу «Восстановление Храма», на итальянском языке. Он заявил, что «восстановление Храма — главное в наших исследованиях», а его ложа уже совершала масонские обряды в гроте царя Соломона, примыкающем к Храмовой горе.[21]

Венеция и неоконсерваторы

Заявление Ады Боземан о готовности «следовать некоторым венецианским рецептам», упоминавшееся в начале статьи, красноречиво свидетельствует, насколько в умах Майкла Ледина и его друзей-неоконсерваторов живы венецианские имперские традиции.

В рассуждениях о пользе внедрения венецианских методов в политическую практику США Боземан выступает за опору на «другие объединения», нежели нации-государства, поскольку в эру, наступающую после наций-государств, они будут более уместны для эффективной войны умов, как это было во времена Византии, Венеции, и других империй. К этим «другим объединениям» должны быть отнесены определенные шиитские братства, религиозные культы самого разного рода, и другие порождения, типичные для «до-западной культуры важнейших регионов мира, в особенности Ближнего Востока и Азии».

По поводу венецианских методов Ледин с ней согласен. В 1986 случился скандал, когда Вильям Филипс предложил Ледину написать нечто вроде манифеста по поводу «смысла национальных интересов», для журнала Partisan Review. Даже коммунисты, перекрасившиеся в правых, объединившиеся вокруг этого журнала, возмутились откровенным заявлениям Ледина, что демократия уже в прошлом, что «время от времени можно нарушать закон», и следует внести изменения в закон, «запрещающий американским чиновникам вступать в контакты с убийцами», а также в «приказе президента 1975 года, запрещающем всем чиновникам американского правительства организовывать, отдавать приказы, подстрекать или потворствовать убийствам». Ледин заявлял, что такие вопросы нельзя доверять Конгрессу, так как надзор Конгресса «свяжет руки тем немногочисленным людям, которые стремятся упрочить национальные интересы США». Так что выступление Ледина предзнаменовало недавние попытки клики Чейни выкрутить руки сенатору МкКейну и исключить ЦРУ из его поправки о запрещении пыток для всех граждан США, предложенной после Гуантанамо и Абу Граиба.

Ледин предупреждал: «Невозможно проводить внешнюю политику, когда у вас 500 министров иностранных дел». Ясное дело, не-американская система правления «немногочисленных людей», закрытых закулисных олигархических групп, проводящих политику в секрете от граждан, как было при венецианском Совете десяти, устроила бы Ледина значительно больше.

Перевод с английского К. Бородинского.


[1] “Cheney Revives Parvus ‘Permanent War’ Madness,” EIR, 23 сентября 2005 г.

[2] Project Democracy: The `Parallel Government Behind The Iran-Contra Affair, EIR Special Report: апрель 1987 г.

[3] Children of Satan. Lyndon LaRouche PAC: август 2004 г.

[4] Michael Arthur Ledeen, Universal Fascism (New York: Howard Fertig, 1972 г.).

[5] О Парвусе см. Примечание №1.

[6] Lyndon LaRouche, “A Strategic View of European History Today: Globalization, the New Imperialism,” EIR, 28 октября 2005 г.

[7] Allen Douglas, “Italy's Black Prince: Terror War Against the Nation-State,” EIR, 4 февраля 2005 г.

[8] Adda Bozeman, “Political Warfare in Totalitarian and Traditional Societies: A Comparison,” Uri Raanan, et al., Hydra of Carnage: International Linkages of Terrorism (Lexington Books, 1986 г.).

[9] Renzo De Felice, Michael Arthur Ledeen, Fascism: An Informal Introduction to Its Theory and Practice (New Brunswick, N.J.: Transaction Books, 1976).

[10] Промышленник Ратенау, архитектор рапалльского договора между Германией и Россией, подписанного 10 апреля 1922 года, был убит 24 июля 1922 года. Банковская олигархия опасалась, что договор Рапалло подорвет устраивавший их Версальский договор, открывавший дорогу для грабежа Германии, возникновения фашистских режимов и, в конечном итоге, Второй мировой войны. Ратенау был в самой гуще синархии, но не был ее частью. Синархия не прощает тех, кого считает предателями в своих рядах, — таких людей, как, например, Франклин Делано Рузвельт. См. Lyndon LaRouche, “Remember Walter Rathenau,” EIR, 17 июня 2005 г.

[11] Allen and Rachel Douglas, The Roots of the Trust (неопубликованная рукопись, EIR: 1987 г.).

[12] Gastone Ventura, Tutti gli uomini del martinismo (Edizioni Atenor, 1978 г.).

[13] M. Edith Durham, The Sarajevo Crime (London: George Allen & Unwin, Ltd.: 1925 г.

[14] Fabrizio Sarazani, LUltimo Doge: Vita di Giuseppe Volpi di Misurata (Milano: Edizioni del Borghese: 1972 г.), с. 40.

[15] Ibid.

[16] См. Примечание №1.

[17] Claudio Celani, “Strategy of Tension: The Case of Italy, The Synarchist Resurgence Behind the Madrid Train Bombing of March 11, 2004 (LaRouche in 2004: June 2004), дает обзор терроризма и его сокрытия во время «стратегии напряженности» в Италии.

[18] Jack Greene, Alessandro Massignani, The Black Price and The Sea Devils: The Story of Valerio Borghese and the Elite Units of the Decima Mas (Cambridge, Mass.: Da Capo Press: 2004 г.).

[19] См. Примечание №2.

[20] Barbara and Michael Ledeen, “What Do Christian and Jewish Fundamentalists Have in Common? The Temple Mount plot, The New Republic, 18 июня 1984 г.

[21] Who Is Sparking a Religious War In the Middle East? (EIR Special Report: декабрь 2000 г.).

 

 

Сайт Executive Intelligence Review 

НОВЫЙ СПРАВЕДЛИВЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПОРЯДОК
На сайте размещены труды Линдона Ларуша

http://www.larouchepub.com/

 

 

Россия сосредоточивается!

 

Начало создания Портала "Россия" - апрель 2006 г.
Разрешается републикация любых материалов портала

Об авторских правах в Интернете